Стихи Владимира Эльснера

Илья Эренбург родился в Киеве в зажиточной еврейской семье. Его отец — Герш Гершонович (Герш Германович, Григорий Григорьевич) Эренбург — был инженером и купцом 2-й гильдии; мать — Хана Берковна (Анна Борисовна) Эренбург (урождённая Аринштейн,1857—1918) — домохозяйкой. В 1895 году семья переехала в Москву, где отец получил место директора Хамовнического пиво-медоваренного завода.

С 1901 года учился в 1-й Московской гимназии вместе с Н. И. Бухариным. С 1905 годаучаствовал в революционной деятельности, присоединился к большевикам. В январе 1908 года был арестован, полгода провел в тюрьмах и освобождён до суда, но в декабре эмигрировал во Францию. Постепенно отошёл от большевиков.

В Париже занимался литературной деятельностью, вращался в кругу художников-модернистов, выпустил сборники «Стихи» (1910), «Я живу» (1911), «Будни» (1913), книгу переводов Ф. Вийона (1913). В 1914—1917 годах был корреспондентом русских газет «Утро России» и «Биржевые ведомости» на Западном фронте.

В 1917 году вернулся в Россию. Отрицательно восприняв победу большевиков (сборник стихов «Молитва о России», 1918), в 1921 году снова уехал за границу. В 1921—1924 годах жил в Берлине, в 1922 опубликовал философско-сатирический роман «Необычайные похождения Хулио Хуренито и его учеников…», в котором дана интересная мозаичная картина жизни Европы и России времён Первой мировой войны и революции, но главное — приведён свод удивительных по своей точности пророчеств. 

Десятилетия спустя японские писатели и журналисты всё пытались вызнать у Эренбурга: откуда он в 1922 году получил информацию о грядущей бомбардировке Хиросимы и Нагасаки?

И. Эренбург был пропагандистом авангардного искусства («А всё-таки она вертится», 1922). В 1923 году написал сборник рассказов «Тринадцать трубок» и роман «Трест Д. Е.». Эренбург был близок к левым кругам французского общества, активно сотрудничал с советской печатью. С 1923 года работает корреспондентом «Известий». Его имя и талант публициста широко использовались советской пропагандой для создания привлекательного образа сталинского режима за границей. Много ездил по Европе (Германия — 1927,1928, 1930, 1931; Турция, Греция — 1926; Испания — 1926; Польша — 1928; Чехословакия — 1927, 1928, 1931, 1934; Швеция, Норвегия — 1929; Дания — 1929, 1933; Англия — 1930; Швейцария — 1931; Румыния, Югославия, Италия — 1934).После прихода Гитлера к власти становится крупнейшим мастером антинацистской пропаганды. С начала 1930-х годов регулярно приезжал в СССР и начал проводить в своих произведениях мысль «о неизбежности победы социализма». Посетил Кузнецкстрой, Томск. Выпустил романы «День второй» (1934), «Книга для взрослых» (1936).

Во время гражданской войны в Испании 1936—1939 годов Эренбург был военным корреспондентом «Известий»; выступал как эссеист, прозаик (сборник рассказов «Вне перемирия», 1937; роман «Что человеку надо», 1937), поэт (сборник стихов «Верность», 1941). После поражения республиканцев перебрался в Париж. После немецкой оккупации Франции укрылся в Советском посольстве.

В 1940 году вернулся в СССР, где написал и опубликовал роман «Падение Парижа» (1941) о политических, нравственных, исторических причинах разгрома Франции Германией во Второй мировой войне.

В годы Великой Отечественной войны был корреспондентом газеты «Красная звезда», писал для других газет и для Совинформбюро. Прославился пропагандистскими антинемецкими статьями и произведениями. Значительная часть этих статей, постоянно печатавшихся в газетах «Правда», «Известия», «Красная звезда», собраны в трёхтомнике публицистики «Война» (1942-44). В 1942 году вошёл в Еврейский антифашистский комитет и вёл активную деятельность по сбору и обнародованию материалов о Холокосте.

Илье Эренбургу и Константину Симонову принадлежит авторство лозунга «Убей немца!», который широко использовался вплакатах и — в качестве заголовка — листовках с цитатами из статьи Эренбурга «Убей!» (опубликована 24 июля 1942 года). Для поддержания действенности лозунга в советских газетах того времени были созданы специальные рубрики (одно из типичных названий «Убил ли ты сегодня немца?»), в которых публиковались письма-отчёты советских бойцов о количестве убитых ими немцев и способах их уничтожения.Адольф Гитлер лично распорядился поймать и повесить Эренбурга. Нацистская пропаганда дала Эренбургу прозвище «Домашний еврей Сталина».

В дни, когда Красная Армия перешла государственную границу Германии, в советских верхах действия на территории Германии трактовались как выполнение освободительной миссии Красной Армии - освободительницы Европы и собственно немецкого народа от нацизма. И потому после статьи Эренбурга «Хватит!», опубликованной в «Красной звезде» 11 апреля 1945 года, появилась ответная статья заведующего Управлением пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Г. Ф. Александрова«Товарищ Эренбург упрощает» (газета «Правда»).

Вместе с В. С. Гроссманом составил знаменитую Чёрную книгу о геноциде еврейского народа на занятой немцами территории СССР.

После войны выпустил дилогию — романы «Буря» (1946—1947) и «Девятый вал» (1950). Один из лидеров Движения борцов за мир.

В 1948 году Голливуд выпускает в прокат фильм «The Iron Curtain» (режиссёр William Wellman, о побеге шифровальщика ГРУ И. С. Гузенко и советском шпионаже). 21 февраля того же года Эренбург в газете «Культура и жизнь» публикует статью «Кинопровокаторы», написанную по заданию министра кинематографии И. Г. Большакова.

Положение Эренбурга среди советских писателей было своеобразным: с одной стороны, он получал материальные блага, часто ездил за границу, с другой — был под контролем спецслужб и часто даже получал выговоры. Таким же двойственным было отношение властей к Эренбургу в эпоху Н. С. Хрущёва и Л. И. Брежнева.

После смерти Сталина написал повесть «Оттепель» (1954), которая была напечатана в майском номере журнала "Знамя" и дала название целой эпохе советской истории. В 1957 году вышли «Французские тетради» — эссе о французской литературе, живописи и переводы из Ж. Дю Белле. Автор мемуаров «Люди, годы, жизнь», пользовавшихся в 1960-е — 1970-е годы большой популярностью в среде советской интеллигенции. Эренбург познакомил молодое поколение со множеством «забытых» имен, способствовал публикациям как забытых (М. И. Цветаева), так и молодых (Б. А. Слуцкий, С. П. Гудзенко) авторов. Пропагандировал новое западное искусство.

В марте 1966 года подписал письмо 13-ти деятелей советской науки, литературы и искусства в президиум ЦК КПСС против реабилитации И. В. Сталина.

Скончался после длительной болезни 31 августа 1967. Проститься с писателем пришло около 15 000 человек.

Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 7).

Библиография

• 1916 — Стихи о канунах
• 1917 — О жилете Семена Дрозда, Москва
• 1918 — Молитва о России
• 1919 — Огонь. Гомель
• Лик войны. София, 1920; Берлин, 1923
• 1922 — Неправдоподобные истории . Берлин
• 1922 — О себе, "Новая русская книга", Берлин
• 1922 — Портреты русских поэтов. Берлин. «Аргонавты».
• 1922 — Необычайные похождения Хулио Хуренито
• 1922 — А все-таки она вертится, «Геликон», Берлин
• 1922 — Шесть повестей о легких концах, Берлин
• 1923 — Жизнь и гибель Николая Курбова
• 1923 — Тринадцать трубок
• 1923 — Трест «Д. Е.»
• 1924 — Любовь Жанны Ней
• 1925 — Рвач
• 1926 — Лето 1925 года
• 1927 — В Проточном переулке
• 1928 — Белый уголь или Слёзы Вертера
• 1928 — Бурная жизнь Лазика Ройтшванеца (в СССР издан в 1990)
• 1928 — Виза времени; 2-ое, дополненное изд., Издательство писателей в Ленинграде,1933, 10500 экз.
• 1929 — Заговор равных
• 1931 — Единый фронт (в России не опубликован)
• 1933 — День второй
• 1933 — Мой Париж
• 1934 — Затянувшаяся развязка. М. «Советский писатель», 10500 экз.
• 1936 — Книга для взрослых
• 1941 — Падение Парижа
• 1942 — 1944 — Война
• 1947 — Буря
• 1950 — Девятый вал
• 1954 — Оттепель
• 1961—1965 — Люди, годы, жизнь (книги 1—7)
• 1974 — Летопись мужества. Издательство «Советский писатель», Москва, 1974 г. (Публицистические статьи военных лет) Твёрдый переплёт, 384 с., тираж 30000 экз. (цена 64 коп.)
• Собрание сочинений. ЗиФ.

Стихи Ильи Эренбурга

Внебрачный сын педагога, владельца частной гимназии в Москве Льва Ивановича Поливанова и Варвары Петровны Кобылинской. Учился в 7-й московской гимназии. В 1897 поступил на юридический факультет Московского университета, изучал также экономику. В 1902 Эллис-Кобылинский получил диплом 1-й степени, начал готовить диссертацию, но не окончил ее, занявшись литературной деятельностью.

Литературой Эллис-Кобылинский увлекся еще в студенческие годы, входил в московский кружок младосимволистов. Интересовался Ш. Бодлером, Э. Верхарном, др. французскими и бельгийскими поэтами-символистами, а также Данте. В конце 1901 познакомился с Андреем Белым и вместе с ним организовал поэтический кружок «Аргонавты». Писал стихи в духе раннего символизма, сборники «Иммортели» (1904), «Stigmata» (1910), «Арго» (1914). Переводил произведения французских символистов, разрабатывал теорию символизма. Читал лекции, свои стихи и переводы в московских кружках и салонах, в «Обществе свободной эстетики», в Доме песни.

В 1904—1909 годах Эллис-Кобылинский активно сотрудничал с В. Брюсовым в журнале «Весы». В 1910—1917 годах вместе с Андреем Белым и Э. К. Метнером основал издательство «Мусагет». Подобно своему другу Андрею Белому Эллис-Кобылинский увлёкся антропософией Рудольфа Штейнера. Посещал в Москве теософские кружки К. Христофоровой. В 1911 уехал в Германию, сопровождал Штейнера в лекционных турне. Поселился в Берлине, изучил немецкий язык, на котором в дальнейшем печатал все свои труды, пропагандировал учение Штейнера среди русских литераторов, но в 1912-13 разочаровался в антропософии, увлекшись католичеством.

В 1913-14 Эллис-Кобылинский жил в Дегерлохе, близ Штутгарта вместе с Иоганной ван дер Мойлен (псевд. Intermediarius), также бывшей ученицей Штейнера. Период 1-й мировой войны они провели в Италии и Швейцарии, с 1917 - в Базеле, с 1919 и до конца жизни - в Локарно, в Швейцарии. Вдохновленный произведениями Иоганны, Эллис занимался эзотерикой и космологией, в 20-30-е его интерес привлекала культура Средневековья. В начале 30-х перешел в католичество, регулярно посещал службу в монастыре «Madonna del Sasso». Одна из основных занимавших его проблем - взаимоотношения религии и искусства. Выступал за слияние христианских церквей, но в виде присоединения православной церкви к католической.

Эллис-Кобылинский публиковал статьи в католических журналах. Переписывался с Д. Мережковским, Вяч. Ивановым, Н. Лосским. Опубликовал ряд книг и статей о В. Жуковском, А. Пушкине, Н. Гоголе, Вл. Соловьеве, о древнерусской культуре. Перевел на немецкий язык стихи и философские произведения Вл. Соловьева, опубликовав их со своими комментариями (подписывался Dr. Leo Kobilinski-Ellis). Продолжал и в годы эмиграции писать стихи по-русски, но не публиковал их.

Умер Эллис-Кобылинский в Локарно 17 ноября 1947, предположительно от рака. Похоронен был там же на кладбище Св. Антонио.

Стихи Льва Эллиса

Владимир Казимирович родился 14 февраля (2 февраля по старому стилю) 1891 года в Петергофе. Старший сын в семье пятерых детей. Отец, Казимир Донатович Шилейко — отставной поручик, потом чиновник, два года изучал археологию в Петербургском археологическом институте и, возможно, способствовал увлечению сына Востоком.

Володя начал самостоятельно изучать древнееврейский язык с семи лет. В гимназии, которую окончил с золотой медалью в 1909 году, выучил древнегреческий и латынь, вел научную переписку с Британским музеем. С 1909 года учился в Петербургском университете, однако, через два года его учёба прервалась, — Владимир Казимирович заболел туберкулезом. К 1913 году поправился и вернулся в университет. Изучал ассириологию под руководством П. К. Коковцова и Б. А. Тураева. Переписывался с ведущими востоковедами мира (Франсуа Тюро-Данженом и другими), печатался во многих европейских научных журналах.

Кроме научной деятельности, Владимир Шилейко писал стихи (близкие к поэтике акмеизма), публиковался в российских литературных журналах. Неслучайно, самыми знаменитыми переводами Владимира Казимировича Шилейко стали переводы шумерской и аккадской поэзии.

Шилейко первым в истории русской литературы стал переводить аккадские и шумерские литературные тексты с оригинала. Им были установлены основные правила аккадского стихосложения. Шилейко принадлежат поэтические переводы гимнов, заговоров, эпических фрагментов, памятников религиозно-этической литературы, а также ритмизованные переводы шумерских царских надписей и вавилонских гадательных текстов. В архиве ученого сохранился и перевод шумерского религиозного гимна о строительстве храма в Лагаше («Цилиндр А правителя Гудеа»).

Владимир Шилейко на неполном материале, которым располагал при жизни, сделал несколько предположений, которые были подтверждены новыми археологическими данными. В частности, он предположил, что у «Сказания о Гильгамеше» есть шумерский оригинал (обнаруженный в тридцатые годы шумерологом Самюэлем Крамером), он также обнаружил параллели «Сказания о Гильгамеше» с древнегреческой мифологией и указал, что полное «Сказание о Гильгамеше» должно содержать характерный эпизод с орлом, который действительно был позже обнаружен. Кроме этого, множество неясных мест в «Сказании» были им интуитивно правильно переведены, что впоследствии подтвердило развитие шумерской грамматики и языкознания.

В статье «Текст предсказания Саргона Аккадского и его отголоски у римских поэтов» Шилейко установил параллели в формулах вавилонских гадательных текстов и поэме Лукана, а также предположил связь между образами Саргона и Эдипа. Известны также названия некоторых его докладов по истории месопотамской религии (например, «El — имя солнечного божества»), хотя их тексты до нас не дошли.

Многие гипотезы Шилейко в области истории литературы и религии получили подтверждение в трудах востоковедов, религиоведов, фольклористов, специалистов по семиотике.

В 1918 году женился на Анне Андреевне Ахматовой, знаменитой поэтессе, став её вторым мужем после поэта Н.С. Гумилева. Брак продлился пять лет, до 1922 года, однако Ахматова и Шилейко регулярно переписывались до самой смерти Владимира Казимировича, несмотря на то, что Шилейко женился вторично на Вере Константиновне Андреевой (1888—1974).

Шилейко до 1929 года работал в Ленинградском государственном университете, где сотрудничал с А. П. Рифтиным и академиком В. В. Струве, затем переехал в Москву, но через год снова заболел туберкулезом. На этот раз с болезнью ему справиться не удалось, и Владимир Казимирович скончался, не дожив до сорока лет, 5 октября 1930 года.

Стихи Владимира Шилейко

Родился 20 апреля (2 мая) в Темрюке. Отец — Аркадий Александрович Шенгели (1853—1902), адвокат; мать — Анна Андреевна, урожд. Дыбская (1862—1900). В 1898 г. семья переехала в Омск. После смерти родителей Шенгели с сестрой был взят на попечение бабушкой со стороны матери — Марией Николаевной Дыбской (1840—1914) и жил у неё в Керчи.

Учился в Александровской гимназии, где с третьего класса стал подрабатывать репетиторством. С 1909 г. сотрудничал в газетах «Керчь-Феодосийский курьер», «Керченское слово» и др., писал хронику, фельетоны, статьи по авиации. В том же году сошёлся с товарищем по гимназии С. А. Векшинским, с которым дружил до последних дней.

В 1912 г. начал писать стихи, заинтересовался стиховедением. Благодаря учителю французского языка С. Краснику приобщился к французской поэзии. В конце 1913 г. опубликовал в газете (анонимно или под псевдонимом) первые стихи.

В январе 1914 г. познакомился с приехавшими в Керчь на «олимпиаду футуризма» И. Северяниным, Д. Бурлюком, В. Баяном и В. Маяковским. Сильным влиянием Северянина отмечен дебютный сборник стихов Шенгели «Розы с кладбища» (1914), в котором автор вскоре разочаровался и уничтожил все доступные ему экземпляры. В том же году выступил с первой публичной лекцией «Символизм и футуризм».

Летом 1914 г. поступил на юридический факультет Московского университета; несколько месяцев жил в Москве, гостил у Д. Бурлюка на хуторе под Москвой. Поздней осенью перевёлся в Харьковский университет, где служил его дядя — профессор химии Владимир Андреевич Дыбский, чья дочь Юлия стала первой женой Шенгели. В 1916 г. совершил два всероссийских турне с И. Северяниным, выпустил сборник стихотворений «Гонг», отмеченный Ю. Айхенвальдом в петербургской газете «Речь». В 1918 г. окончил университет, в том же году вышел сборник его стихотворений «Раковина», знаменующий переход к более аскетической стилистике и демонстрирующий отточенную технику и литературную эрудицию.

Весной 1919 г. был командирован в Крым, получил назначение «комиссаром искусств» в Севастополь. Летом, после эвакуации Крыма, вынужден был скрываться; с фальшивым паспортом, выданным Севастопольской парторганизацией, пробрался в Керчь, а осенью — в Одессу.

Осенью 1921 г. вернулся в Харьков, а в конце марта 1922 г. переехал в Москву, где познакомился с поэтессой Ниной Манухиной, ставшей через два года его второй женой. За «Трактат о русском стихе» избран действительным членом ГАХН. В 1925—1927 председатель Всероссийского союза поэтов. Преподавал в ВЛХИ.

С середины 1930-х гг. оригинальных стихов практически не публиковал, но занимался активной переводческой и организаторской деятельностью (в 1930-е гг. заведовал переводами «литературы народов СССР» в Госиздате).

Известны его теоретические работы по стиховедению «Трактат о русском стихе» (1921, 2 изд. — 1923) и изданная посмертно «Техника стиха» (1960), сыгравшие важную роль в изучении русского стиха (в частности, Шенгели одним из первых, вслед за Брюсовым, обратил внимание на дольник в русской поэзии).

В истории русской литературы известна также его острая полемика с Маяковским (памфлет «Маяковский во весь рост», 1927).

Стихи Георгия Шенгели

Герой Социалистического Труда (1976). Член-корреспондент Академии наук Армянской ССР. Лауреат Сталинской премии третьей степени (1951) и Ленинской премии (1972).

Мариэтта Шагинян родилась в Москве, в семье врача, приват-доцента Московского университета Сергея Давыдовича Шагиняна (1860—1902). Мать, Пепрония Яковлевна Шагинян (1867—1930), была домохозяйкой. По национальности — армянка.

Получила полноценное домашнее образование, училась в частном пансионе, затем — в гимназии Ржевской. В 1906—1915 годахсотрудничала в московской печати. В 1912 году окончила историко-философский факультет Высших женских курсов В. И. Герье. В том же году побывала в Санкт-Петербурге, познакомилась и сблизилась с З. Н. Гиппиус и Д. С. Мережковским. В 1912—1914 изучала философию в Гейдельбергском университете. В 1915—1919 годах М. С. Шагинян была корреспондентом газет «Приазовский край», «Черноморское побережье», «Трудовая речь», «Ремесленный голос», «Кавказское слово», «Баку».

В 1915—1918 годах жила в Ростове-на-Дону, преподавала в местной консерватории эстетику и историю искусств.

Шагинян с энтузиазмом приняла Великую Октябрьскую социалистическую революцию, которую восприняла как событие христианско-мистического характера. В 1919—1920 годах работала инструктором Доннаробраза и директором 1-й прядильно-ткацкой школы. Затем переехала в Петроград, в 1920—1923 годах была корреспондентом «Известий Петроградского Совета» и лектором института истории искусства. В 1922—1948 годах работала специальным корреспондентом газеты «Правда» и одновременно несколько лет специальным корреспондентом газеты «Известия». В 1927 году переехала в Армению, где прожила пять лет. С 1931 года жила в Москве.

В 1930-х годах окончила Плановую академию Госплана имени В. М. Молотова (изучала минералогию, прядильно-ткацкое дело, энергетику), работала лектором, инструктором ткацкого дела, статистиком, историографом на ленинградских фабриках, годы Великой Отечественной войны провела на Урале корреспондентом газеты «Правда». В 1934 году на Первом съезде советских писателей была избрана членом правления СП СССР.

А. Щербаков писал Молотову в письме от 21 сентября 1935 года: «В беседе со мной Шагинян заявила: „Горького вы устроили так, что он ни в чём не нуждается, Толстой получает 36 тыс. руб. в месяц. Почему я не устроена так же?“...».

Несколько лет была депутатом Моссовета. Доктор филологических наук (1941, получила степень за книгу о Т. Г. Шевченко). ЧленВКП(б) с 1942 года. Член-корреспондент АН Армянской ССР (1950).

Умерла 20 марта 1982 года в Москве. Похоронена на Армянском кладбище (филиал Ваганьковского кладбища).

Литературной деятельностью занималась с 1903 года. Начинала с символистских стихов. Опубликовала свыше 70-ти книг романов, повестей, рассказов, очерков, стихов и около 300 печатных листов статей, рецензий, докладов. Опубликовала книги стихов «Первые встречи» (1909), «Orientalia» (1913, вышло 7 изданий), затем книги рассказов «Узкие врата» (1914), «Семь разговоров» (1915).

В это же время Мариэтта Шагинян увлеклась творчетвом Гёте, и в 1914 году на 10 дней поехала в Веймар. «Это путешествие за десять дней до 1 августа 1914 года было последним этапом культурнического идолопоклонства; в него неожиданно ворвалась политика», – записала она потом в своём дневнике. По дороге обратно в Россию, будучи проездом в Цюрихе, она написала очерковую книгу «Путешествие в Веймар».

В 1922—1923 годах написала и выпустила повесть «Перемена». Максим Горький писал Вениамину Каверину: «За её роман „Перемена“ ей следовало бы скушать бутерброд с английскими булавками».

В книге «Приключение дамы из общества» писательница показывает перелом в сознании русской интеллигенции под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции. В 1923—1925 под псевдонимом «Джим Доллар» опубликовала серию агитационно-приключенческих повестей «Месс-Менд», имевшую большой успех. В 1928 году опубликовала своеобразное литературное произведение — «роман-комплекс» «К и к» (расшифровывается «Колдунья и коммунист»), объединивший разные жанры — «от поэмы до доклада».

В 1930—1931 писала роман «Гидроцентраль», явившийся результатом проведенных ею лет на строительстве Дзорагэс. В годы Великой Отечественной войны М. С. Шагинян опубликовала книгу публицистических статей «Урал в обороне» (1944), в послевоенные годы — книгу «По дорогам пятилетки». Перу М. С. Шагинян принадлежат работы, посвящённые творчеству Т. Г. Шевченко, И. А. Крылова, И. В. Гёте, Низами, Й. Мысливечека и др. В конце жизни написала мемуары «Человек и время». Литературные портреты У. Блейка, С. В. Рахманинова, В. Ф. Ходасевича, Г. Б. Якулова.

Систематически выступала против реформ русского языка: на символистском салоне Мережковских против реформы 1918, а в 1964 против проекта реформы с такими словами: «двадцать лет я покупала хлеб в булочной на правой стороне Арбата, и с чего это я теперь буду ходить на левую?».

Избранная библиография

• «О блаженстве имущего. Поэзия З. Н. Гиппиус» (1912)
• «Orientalia» (1913)
• «Две морали» (1914)
• «Своя судьба» (1916; переработанная версия 1954) — роман, действие которого происходит в психиатрической лечебнице
• «Приключения дамы из общества» (1923)
• «Перемена» (1923)
• «Гидроцентраль» (1928; переработанная версия 1949) — роман, действие которого происходит на строительстве Дзорагетской ГЭС
• «Месс Менд, или Янки в Петрограде» (1924; переработанная версия 1956)
• «К и к» (1928)
• «Билет по истории» (1938; новая редакция 1970)
• сборник очерков «По Советской Армении» (1950)
• «Дневник писателя» (1953)
• книга очерков «Зарубежные письма» (1964)
• «Лениниана» (1937—1968)
• «Путешествие в Веймар» (1914; «Гёте» (1950))
• «Т. Шевченко» (1941)
• «И. А. Крылов» (1944)
• «Этюды о Низами» (1955)
• «Воскрешение из мёртвых» (1964)
• «Человек и Время» (1980)

Шагинян, М. С. Иозеф Мысливечек. — М. «Молодая гвардия», 1968 (1983). — 320 с. — (ЖЗЛ; Вып. 450). — 100 000 (100 000) экз.

Стихи Мариэтты Шагинян

Вадим Габриэлевич Шершеневич родился в Казани. Его отец, Габриэль Феликсович Шершеневич, был крупным ученым в области правоведения, профессором Казанского, позже Московского университета, членом и автором программы кадетской партии, а также депутатом I Государственной думы. Мать поэта, Евгения Львовна, была оперной певицей.

Вадим Шершеневич поступил в гимназию в возрасте девяти лет, на год младше положенного возраста. Ранний прием в гимназию, по воспоминаниям поэта, был трудным испытанием. Пришлось даже подать прошение на имя Николая II, который, впрочем, не препятствовал этому. В 1907 году Вадим Шершеневич с родителями переехал в Москву. Там он поступил в известную в то время частную гимназию, основанную Л.И. Поливановым. Это учебное заведение ранее закончили такие известные личности, как А. Белый, С.М. Соловьев, В. Брюсов. Одноклассником Вадима Шершеневича был известный шахматист Александр Алехин.

Окончив гимназию, Вадим Шершеневич поступил на филологический факультет Мюнхенского университета. Позднее он продолжил обучение на юридическом факультете Московского университета, впоследствии перейдя на математический факультет. В дальнейшем он какое-то время проходил стажировку в Мюнхенском университете.

Еще учась в гимназии, Вадим Шершеневич начал писать стихи, пробуя себя в различных литературных стилях. В возрасте восемнадцати лет, будучи студентом, он выпустил свой первый поэтический сборник «Весенние проталинки» (1911). Книга была написана под влиянием творчества К. Бальмонта. Через два года вышел второй поэтический сборник Вадима Шершеневича «Carmina» (1913), отразивший увлечение поэта творчеством А. Блока. Эта книга удостоилась похвалы Н. Гумилева, обратившего внимание на выверенный стиль произведений.

Мэтры символизма оказали заметное влияние на раннее творчество Вадима Шершеневича. Важную роль в приобщении поэта к литературной деятельности сыграл Московский литературно-художественный кружок, председателем которого был В. Брюсов. Брюсов возлагал большие надежды на Вадима Шершеневича, считая его одним из наиболее перспективных литературных деятелей своего поколения. Однако, несмотря на увлечение символизмом и впоследствии футуризмом, Шершеневич искал собственный поэтический путь. Он принимал участие в литературных диспутах и в середине 1910-х выпустил работу по стиховедению «Зеленая улица».

В 1913 году Вадим Шершеневич обратился к футуризму, создав небольшую группу эгофутуристов «Мезонин поэзии» совместно с Р. Ивневым, Л. Заком, C. Грааль-Арельским и другими поэтами. Возглавляя московское издательство «Мезонин поэзии», он подготавливал его альманахи, а также активно участвовал в альманахах издательства «Петербургский глашатай». В 1913 году Вадим Шершеневич опубликовал два сборника футуристических стихов — «Романтическая пудра» и «Экстравагантные флаконы».

В 1914 году Шершеневич редактировал «Первый журнал русских футуристов». Эта деятельность вызывала нарекания и у оппонентов, и у коллег. «Самовлюбленным графоманом» назвал Вадима Шершеневича его коллега по изданию Бенедикт Лившиц. Основным оппонентом являлась группа «Центрифуга», входивший в состав которой Борис Пастернак выступил с резким выпадом против Шершеневича в статье «Вассерманова реакция».

Также Вадим Шершеневич занимался переводами литературных манифестов Ф. Маринетти, который был известным теоретиком итальянского футуризма. Сам Шершеневич считался ориентированным на Запад теоретиком и пропагандистом русского футуризма. Эта роль была аналогична роли В. Брюсова в символизме. Творческий путь от символизма к эгофутуризму Вадим Шершеневич прошел всего за 4–5 лет, что является показателем поразительной работоспособности и быстроты творческого взросления поэта. Уже в возрасте двадцати одного года Вадим Шершеневич приступил к разработке теории имажинизма.

В 1915 году он временно оставил учебу и поступил в автомобильную часть вольноопределяющимся. Недолгое время он провел на фронте. Именно этот период позволил Вадиму Шершеневичу обрести собственную манеру. В большой степени она сохранилась и в его имажинистский период. Шершеневич был убежден в том, что искусство должно идти в ногу со временем, быть созвучным эпохе, а новые литературные средства должны позволить передать новый ритм жизни, который резко участился. Все это было учтено в его следующем сборнике стихотворений «Автомобилья поступь»(1916), который оказался самой значительной книгой автора в дореволюционный период. В предисловии к этому сборнику Вадим Шершеневич писал именно об этом: «Наша эпоха слишком изменила чувствование человека, чтобы мои стихи были похожи на произведения прошлых лет. В этом я вижу главное достоинство моей лирики, она насквозь современна». В том же 1916 году была издана драма «Быстрь».

Во время гражданской войны Вадим Шершеневич наравне с остальными был вынужден заниматься самыми различными делами. Он читал в Пролеткульте лекции о стихосложении, занимался подготовкой к изданию многотомного художественного словаря для отдела ИЗО Наркомпроса, а также работал в литературной секции, действующей при агитационном поезде имени В. Луначарского. Вместе с Маяковским Шершеневич рисовал плакаты для «Окон РОСТа» и писал для них тексты. Он принимал участие в создании Всероссийского союза поэтов вместе с Р. Ивневым и В. Каменским. Начиная с мая 1919 года Вадим Шершеневич был председателем этого союза.

В 1918 году Вадим Шершеневич совместно с С. Есениным и А. Мариенгофом учредил «Орден имажинистов». Декларация представителей этого нового литературного направления была опубликована в воронежском журнале «Сирена» и в газете «Советская страна» в январе 1919 года. Эта декларация была подписана Вадимом Шершеневичем, Р. Ивневым, А. Мариенгофом и С. Есениным. Автором декларации был сам Шершеневич как основной теоретик имажинизма. Вадим Шершеневич был великолепным оратором и мастером полемики. Он регулярно выступал на множественных диспутах, пропагандировал новое литературное направление и отвечал на критику своих литературных противников.

В 1918 году Шершеневич опубликовал одно из наиболее значительных произведений — поэму «Крематорий». В 1919 году она была переиздана с заголовком «Крематорий. Поэма имажиниста» и была своеобразным ответом на произведение В. Маяковского «Облако в штанах». В 1920 году вышла книга «Лошадь как лошадь», которую считают основным произведением имажинистского периода творчества Вадима Шершеневича.

В 1919–1925 годах Вадим Шершеневич публиковал свои произведения в журнале «Гостиница для путешествующих в прекрасном», а также принимал участие в создании девяти коллективных сборников «Ордена имажинистов», в том числе «Золотой кипяток», «Одна сплошная нелепость», «Коробейники счастья» и «Мы Чем Каемся». Книга «Мы Чем Каемся» в дальнейшем была конфискована вследствие ее провокационного названия, которое напоминало о ЧК Москвы. В 1920 году Вадим Шершеневич выпустил теоретическую работу об имажинизме «2х2=5». В 1921 году была выпущена книга поэм Шершеневича «Кооперативы веселья» и книга «Кому я жму руку» о творчестве Есенина, Ивнева, Мариенгофа и других товарищей по «Ордену имажинистов». Вадим Шершеневич выступал на эстраде, читая свои стихотворения, и среди московской публики его выступления были весьма популярны. Еще до революции началось соперничество Шершеневича и Маяковского, которое продолжалось все эти годы.

Характерными особенностями творчества Вадима Шершеневича были нагнетание городских метафор, бурлескные образы, устойчивый интерес к клоунаде, основанный на эстетике безобразного эпатаж, как и у ранних футуристов, богоборческие мотивы. С формальной точки зрения на литературу Вадим Шершеневич использовал в своих произведениях акцентный стих, который он разработал параллельно с Маяковским, и диссонансную рифму. В произведениях поэта часто можно было проследить тематику трагической чувственной любви. Вадим Шершеневич сознательно применял «брюсовскую» экспериментальную разработку приемов, что подчеркивалось названиями произведений из книги «Лошадь как лошадь», такими как «Параллелизм тем» или «Принцип звука минус образ». Шершеневич заявлял о принципиальном аполитизме искусства. В 1919 году он был арестован за контакты с анархистской партией.

Множество нападок вызывали такие качества имажинистов, как непохожесть, независимость и нестандартный взгляд на искусство. Собственные издательства имажинистов, например «Орднас», «Имажинисты», «Див», а также журнал «Гостиница для путешествующих в прекрасном» были постоянными поводами для критики. На все нападки Шершеневич отвечал отрицанием государственной поддержки искусства и провозглашал отделение государства от искусства. В то время на имажинистов оказывалось весьма мощное давление. В первом же номере журнала «Печать и революция», вышедшем в марте 1921 года, нарком Луначарский опубликовал статью «Свобода книги и революция», в которой высказал возмущение выступлениями Шершеневича и имажинистов, направив на них всю мощь своего влияния. Поэт Иннокентий Аксенов, который рецензировал поэтический сборник Шершеневича «Лошадь как лошадь», без стеснения определил автора как «тип, подлежащий ликвидации».

Последней книгой стихотворений Вадима Шершеневича оказался сборник «Итак итог», построенный на последовательных рифмах-диссонансах и изданный в 1926 году. В этой книге поэт отошел от имажинизма. Существование «Ордена имажинистов» подходило к концу. Итоги этого литературного течения были подведены Вадимом Шершеневичем в статье «Существуют ли имажинисты?». Он признал кончину имажинизма и объяснил ее так: «От поэзии отнята лиричность. А поэзия без лиризма — это то же, что беговая лошадь без ноги. Отсюда и вполне понятный крах имажинизма, который все время настаивал на поэтизации поэзии». После выхода сборника «Итак итог» Вадим Шершеневич продолжал писать стихотворения, но работал над ними с меньшей интенсивностью, чем раньше. За последние 15 лет жизни Вадим Шершеневич не написал ни одного в дальнейшем опубликованного стихотворения, за исключением переводов.

В том же 1926 году Шершеневич написал не опубликованную при жизни поэта антиутопическую пьесу «Мещантика». К этому времени главной для него стала работа для театра и кино. Множество театров Москвы ставили пьесы и скетчи Шершеневича.

Он работал как режиссер-постановщик в московских и провинциальных театрах, занимаясь также работой драматурга, критика, переводчика и сценариста. Шершеневич заведовал литературной частью в Камерном театре. А в 1923 году он возглавлял Опытно-героический театр совместно с режиссером и актером Б.А. Фернандовым. Сам Вадим Шершеневич регулярно выходил на сцену. Именно в Опытно-героическом театре были поставлены его пьесы «Одна сплошная нелепость» и «Дама в черной перчатке».

Вадим Шершеневич переводил и переделывал множество пьес, в число которых вошли произведенияШекспира, Софокла, Брехта, Мольера. Также он создал несколько киносценариев и либретто для ряда оперетт. Книга Вадима Шершеневича «Игорь Ильинский» выдержала два издания.

В 1930-х годы Вадим Шершеневич занимался переводами пьес Шекспира, Сарду и Корнеля на русский язык. Также он переводил либретто популярных оперетт, немецкую и французскую поэзию, в том числе сделал полный перевод «Цветов зла» Бодлера. Многие произведения Вадима Шершеневича были опубликованы только после смерти автора, часть из них вышла в свет только после 1990 года. Переведенные Вадимом Шершеневичем «Цвета зла» были впервые изданы только в 2007 году.

В середине 1930-х годов Вадим Шершеневич вел работу над книгой мемуаров «Великолепный очевидец. Поэтические воспоминания 1910–1925 гг.» Автор стремился приспособить книгу к требованиям советской печати, но тем не менее книгу при его жизни так и не издали.

В 1941 году, в начале войны, Вадим Шершеневич эвакуировался на Алтай, в Барнаул, вместе с Камерным театром. Там он принимал участие в литературных концертах, которые проводились в военных госпиталях и на оборонных заводах, а также писал тексты агитационных плакатов. 18 мая 1942 года Вадим Габриэлевич Шершеневич скончался от тяжелой болезни — скоротечного милиарного туберкулеза. Поэт похоронен на Булыгинском кладбище.

Стихи Вадима Шершеневича

Родился в семье чиновника по военному ведомству, выходца из обедневшего дворянского рода. В 1898 г. окончил Московскую гимназию и поступил на медицинский факультет Московского университета. Будучи студентом Георгий Чулков втянулся в революционную деятельность, вошёл в «Исполнительный комитет объединённых землячеств и организаций». В конце 1901, за революционную деятельность, был арестован и сослан в Якутию. В 1903 Чулков был амнистирован и получил разрешение поселиться в любом городе, кроме двух столиц, поселился в Нижнем Новгороде, где проживал под гласным надзором полиции.

В печати Георгий Чулков дебютировал в 1899, в студенческие годы, как прозаик, в 1904 выпустил сборник стихов и рассказов «Кремнистый путь», вызвавший скептическую рецензию В. Брюсова, и благожелательный отзыв П. Соловьевой. В том же 1904 переехал в Петербург, где получил предложение стать сотрудником журнала Мережковских «Новый путь»; после его закрытия в 1905 издавал новый журнал «Вопросы жизни», куда привлёк лучших философов того времени — Н. А. Бердяева и С. Н. Булгакова. Тогда же формируется его теория «мистического анархизма» (трактат «О мистическом анархизме», 1906), вызвавший бурную полемику (и даже раскол) в стане символистов. Основной постулат этой теории — «последовательное и углубленное утверждение» индивидуализма, который должен привести «к истинной общественности, освобожденной от власти».

Чулков издавал альманахи, сборники, писал литературные и театральные рецензии. В 1906-1908 гг. под редакцией Чулкова выходил альманах «Факелы». В 1908 вышли стихи Георгия Чулкова, собранные в книгу «Весною на север»; в 1910-е регулярно появляются в свет его романы на историческом материале и о современности; сборники рассказов. В 1909-1912 издательство «Шиповник» выпустило собрание его сочинений в шести томах.

Чулков принимал участие во всех значительных событиях литературной и окололитературной жизни, был другом и оппонентном многих известных писателей и поэтов — играя заметную роль в культурной жизни России того времени. В круг общения Георгия Чулкова входили, в частности, Вячеслав Иванов и Александр Блок, последний посвятил Чулкову свой цикл «Вольные мысли».

До революции Чулков написал несколько крупных романов («Сатана», 1914, «Сережа Нестроев», 1916, «Метель», 1917). Издал сборник «Стихотворения» (1922). Когда в 1917 Чулков увидел, что на идею бунта откликаются в первую очередь темные массы, — а именно эта идея составляла ядро его теории «мистического анархизма», Чулков признал эту теорию самым страшным своим заблуждением.

После революции Георгий Чулков издал два сборника рассказов — «Посрамленные бесы», 1921, и «Вечерние зори», 1924), книгу воспоминаний «Годы странствий» (1930), но больше занимался литературными исследованиями. Исследовал, издавал и комментировал творчество Тютчева («Последняя любовь Тютчева», 1928 и др.), Пушкина («Жизнь Пушкина», 1938), Достоевского («Как работал Достоевский», 1939).

В последние годы Чулков оказался почти невостребован как писатель. Умер Георгий Чулков 1 января 1939 в окружении родных. Последними словами были: «Все прекрасно. Жизнь коротка, искусство вечно»

Стихи Георгия Чулкова

Родился 19 (31) марта 1882 в Санкт-Петербурге. Писатель долгие годы страдал от того, что был «незаконнорожденным». Отцом являлся Эммануил Соломонович Левенсон, в семье которого жила прислугой мать Корнея Чуковского. Отец оставил их, и его мать — полтавская крестьянка Екатерина Осиповна Корнейчукова — переехала в Одессу. Там он был отдан в гимназию, но в пятом классе его отчислили из-за низкого происхождения. Эти события он описал в автобиографической повести «Серебряный герб». Занимался самообразованием, изучил английский язык. С 1901 года Чуковский начинает писать статьи в «Одесских новостях». В литературу Чуковского ввёл журналист Владимир (Зеэв) Жаботинский, позже ставший выдающимся политическим сионистским деятелем. Затем в 1903 он был отправлен корреспондентом в Лондон, где основательно ознакомился с английской литературой. Вернувшись в Россию во время революции 1905 года, Чуковский был захвачен революционными событиями, посетил броненосец «Потёмкин»,сотрудничал в журнале В.Я. Брюсова «Весы», затем начал издавать в Петербурге сатирический журнал «Сигнал». Среди авторов журнала были такие известные писатели как Куприн, Фёдор Сологуб иТэффи. После четвёртого номера его арестовали за «оскорбление величества». К счастью Корнея Ивановича, его защищал знаменитый адвокат Грузенберг, добившийся оправдания.

В 1906 году Корней Иванович приезжает в финское местечко Куоккала, где сводит близкое знакомство с художником Репиным и писателем Короленко. Также писатель поддерживал контакты с Н.Н. Евреиновым, Л.Н. Андреевым, А.И. Куприным, В.В. Маяковским. Все они впоследствии стали персонажами его мемуарных книг и очерков, а домашний рукописный альманах Чукоккала, в котором оставили свои творческие автографы десятки знаменитостей — от Репина до А.И. Солженицына, — со временем превратился в бесценный культурный памятник. Здесь он прожил около 10 лет. От сочетания слов Чуковский и Куоккала образовано «Чукоккала» (придумано Репиным) — название рукописного юмористического альманаха, который Корней Иванович вёл до последних дней своей жизни.

В 1907 году Чуковский опубликовал переводы Уолта Уитмена. Книга стала популярной, что увеличило известность Чуковского в литературной среде. Чуковский становится влиятельным критиком, громит бульварную литературу (статьи о А. Вербицкой, Л. Чарской, книга «Нат Пинкертон и современная литература» и др.) Острые статьи Чуковского выходили в периодике, а затем составили книги «От Чехова до наших дней» (1908), «Критические рассказы» (1911), «Лица и маски» (1914), «Футуристы» (1922) и др. Чуковский — первый в России исследователь «массовой культуры». Творческие интересы Чуковского постоянно расширялись, его работа со временем приобретала все более универсальный, энциклопедический характер.

Приступив по совету В.Г. Короленко к изучению наследия Н.А. Некрасова, Чуковский сделал немало текстологических открытий, сумел изменить к лучшему эстетическую репутацию поэта (в частности, провел среди ведущих поэтов — А.А. Блока, Н.С. Гумилева, А.А. Ахматовой и др. — анкетный опрос «Некрасов и мы»). Его стараниями вышло первое советское собрание стихотворений Некрасова. Чуковский закончил работу над ним только в 1926 году, переработав массу рукописей и снабдив тексты научными комментариями. Итогом этой исследовательской работы стала книга «Мастерство Некрасова», 1952, (Ленинская премия, 1962). Попутно Чуковский изучал поэзию Т.Г. Шевченко, литературу 1860-х годов, биографию и творчество А.П. Чехова.

Возглавив по приглашению М. Горького детский отдел издательства «Парус», Чуковский и сам начал писать стихи (затем и прозу) для детей. Примерно с этого времени у Корнея Ивановича начинается увлечение детской словесностью. В 1916 Чуковский составил сборник «Ёлка» и написал свою первую сказку «Крокодил» (1916).

Работа Чуковского в области детской литературы закономерно вывела его на изучение детского языка, первым исследователем которого он стал. Это стало его настоящим увлечением — психика детей и то, как они овладевают речью. Выходят его знаменитые сказки «Мойдодыр» и «Тараканище» (1923), «Муха-Цокотуха» (1924), «Бармалей» (1925), «Телефон» (1926) — непревзойденные шедевры литературы «для маленьких», издающиеся до сих пор, так что можно сказать, что уже в этих сказках Чуковский успешно использовал знание детского восприятия мира и родной речи. Он записал свои наблюдения за детьми, за их словесным творчеством в книге «Маленькие дети» (1928), получившую затем название «От двух до пяти» (1933).

«Все другие мои сочинения до такой степени заслонены моими детскими сказками, что в представлении многих читателей я, кроме «Мойдодыров» и «Мух-Цокотух», вообще ничего не писал.»

Детские стихи Чуковского подверглись в сталинскую эпоху жестокой травле, хотя известно, что сам Сталин неоднократно цитировал «Тараканище». Инициатором травли стала Н. К. Крупская, неадекватная критика исходила и от Агнии Барто. В среде редакторов возник даже такой термин — «чуковщина».

В 1930-х гг. и позднее, Чуковский много занимается переводами и начинает писать мемуары, над которыми работал до конца жизни. Чуковский открыл для русского читателя У. Уитмена (которому он также посвятил исследование «Мой Уитмен»), Р. Киплинга, О. Уайльда. Переводил М. Твена, Г. Честертона, О. Генри, А.К. Дойла, У. Шекспира, написал для детей пересказы произведений Д. Дефо, Р.Э. Распэ, Дж. Гринвуда.

В 1957 Чуковскому была присвоена ученая степень доктора филологических наук, в 1962 — почетное звание доктора литературы Оксфордского университета. Как лингвист Чуковский написал остроумную и темпераментную книгу о русском языке «Живой как жизнь» (1962), решительно выступив против бюрократических штампов, так называемого «канцелярита». Как переводчик Чуковский занимается теорией перевода, создав одну из самых авторитетных в этой области книг — «Высокое искусство» (1968).

В 1960-х годах К. Чуковский затеял также пересказ Библии для детей. К этому проекту он привлек писателей и литераторов, и тщательно редактировал их работу. Сам проект был очень трудным, в связи с антирелигиозной позицией Советской власти. Книга под названием «Вавилонская башня и другие древние легенды» была издана в издательстве «Детская литература» в 1968 году. Однако весь тираж был уничтожен властями. Первое книжное издание, доступное читателю, состоялось в 1990 году.

Умер Корней Иванович Чуковский 28 октября 1969 года от вирусного гепатита. На даче в Переделкино (подмосковье), где он прожил большую часть жизни, ныне там действует его музей.

Сказки

• Крокодил (1916)
• Тараканище (1921)
• Мойдодыр (1923)
• Чудо-дерево (1924)
• Муха-цокотуха (1924)
• Бармалей (1925)
• Путаница (1926)
• Федорино горе (1926)
• Телефон (1926)
• Краденое солнце (1927)
• Айболит (1929)
• Айболит и воробей
• Английские народные песенки
• Топтыгин и Лиса (1934)
• Одолеем Бармалея! (1942)
• Приключения Бибигона (1945—1946)
• Топтыгин и Луна
• Цыплёнок
• Что сделала Мура, когда ей прочли сказку «Чудо-дерево»
• Приключения белой мышки
• Так и не так
• Джек — покоритель великанов
• Храбрый Персей
• Доктор Айболит (По Гью Лофтингу)

Стихи для детей

• Обжора
• Слониха читает
• Закаляка
• Поросёнок
• Ёжики смеются
• Бутерброд
• Федотка
• Черепаха
• Свинки
• Огород
• Песня о бедных сапожках
• Верблюдица
• Головастики
• Бебека
• Радость
• Пра-пра-правнукам
• Ёлка
• Муха в бане
• Курица

Повести

• Солнечная
• Серебряный герб

Работы о переводе

• Принципы художественного перевода (1919, 1920)
• Искусство перевода (1930, 1936)
• Высокое искусство(1941, 1964, 1966)

Дошкольное воспитание

• От двух до пяти

Воспоминания

• Чукоккала: Рукописный альманах Корнея Чуковского / Предисл. И. Андроникова; Коммент. К. Чуковского; Сост., подгот. текста, примеч. Е. Чуковской. — М.: Русский путь, 2006. — С. 584.

• Дневник (1901—1929). / Подготовка текста и комментарии Е. Ц. Чуковской. Вступительная статья В. А.Каверина. — М.: Советский писатель, 1991. — С. 544.

• Дневник (1930—1969). / Составление, подготовка текста, комментарии Е. Ц. Чуковской. — М.: Современный писатель, 1995. — С. 558.

• Современники
• Воспоминания о Репине
• Юрий Тынянов
• Борис Житков
• Ираклий Андроников

Статьи

• Живой как жизнь. Архивировано из первоисточника 26 ноября 2012.
• К вечно-юному вопросу. Архивировано из первоисточника 26 ноября 2012.
• История моего «Айболита»
• Как была написана «Муха-Цокотуха»
• Признания старого сказочника
• Страничка Чукоккалы
• О Шерлоке Холмсе
• Госпиталь № 11. Архивировано из первоисточника 26 ноября 2012.
• Вербицкая (она же позднее — Нате Пинкертон)
• Лидия Чарская

Издания сочинений

• Чуковский К. И. Собрание сочинений в шести томах. — М.: Художественная литература, 1965—1969.
• Чуковский К. И. Сочинения в двух томах. — М.: Правда — Огонёк, 1990. / составление и общая редакция Е. Ц. Чуковской
• Чуковский К. И. Собрание сочинений в 5 томах. — М.: Терра — Книжный Клуб, 2008.
• Чуковский К. И. Чукоккала. Рукописный альманах Корнея Чуковского / Предисл. И. Андроникова; Коммент. К. Чуковского; Сост., подгот. текста, примеч. Е. Чуковской. — 2-е изд. испр. — М.: Русский путь, 2006. — 584 с. — 3000 экз. 

Экранизации произведений

• 1927 «Тараканище»
• 1938 «Доктор Айболит» (реж. Владимир Немоляев)
• 1939 «Мойдодыр» (реж. Иван Иванов-Вано)
• 1939 «Лимпопо» (реж. Леонид Амальрик, Владимир Полковников)
• 1941 «Бармалей» (реж. Леонид Амальрик, Владимир Полковников)
• 1944 «Телефон» (реж. Михаил Цехановский)
• 1946 «Павлиний хвост»
• 1954 «Мойдодыр» (реж. Иван Иванов-Вано)
• 1960 «Муха-Цокотуха»
• 1963 «Тараканище»
• 1966 «Айболит-66» (реж. Ролан Быков)
• 1973 «Айболит и Бармалей» (реж. Наталия Червинская)
• 1974 «Федорино горе»
• 1974 «Путаница» («Весёлая карусель» № 6)
• 1982 «Путаница»
• 1984 «Ваня и крокодил»
• 1985 «Доктор Айболит» (реж. Давид Черкасский)
• 1985 «Чудо-дерево» («Весёлая карусель» № 16).

Стихи Корнея Чуковского

Саша Чёрный родился в Одессе, в еврейской семье провизора, агента торговой фирмы . В семье было пятеро детей, двоих из которых звали Саша. Блондина называли «белый», а брюнета — «чёрный» — так и появился псевдоним.

Чтобы дать ребёнку возможность поступить в белоцерковскую гимназию, родители крестили его. В гимназии Александр проучился недолго. Мальчик сбежал из дома, стал бедным, нищим, попрошайничал. О его горестной судьбе написали в газете, и житомирский чиновник К. К. Роше, растроганный этой историей, взял мальчика к себе. К. К. Роше, много занимавшийся благотворительностью и любивший поэзию, оказал на Александра большое влияние.

С 1901 по 1902 год Александр Гликберг служил рядовым в учебной команде, затем работал в Новоселенской таможне.

1 июня 1904 года в житомирской газете «Волынский вестник» напечатан его «Дневник резонёра» за подписью «Сам по себе».

В 1905 году переезжает в Санкт-Петербург, где публикует принесшие ему известность сатирические стихи в журналах «Зритель», «Альманах», «Журнал», «Маски», «Леший» и др. Как писал Чуковский: «получив свежий номер журнала, читатель, прежде всего, искал в нём стихи Саши Чёрного».

Первое стихотворение под псевдонимом «Саша Чёрный» — сатира «Чепуха», напечатанное 27 ноября 1905 года, привело к закрытию журнала «Зритель». Поэтический сборник «Разные мотивы» был запрещён цензурой.

В 1906—1908 годах жил в Германии, где продолжил образование в Гейдельбергском университете.

Вернувшись в Петербург в 1908 году, сотрудничает с журналом «Сатирикон», выпускает сборники стихов «Всем нищим духом», «Невольная дань», «Сатиры». Публикуется в журналах «Современный мир», «Аргус», «Солнце России», «Современник», в газетах «Киевская мысль», «Русская молва», «Одесские новости». Становится известным как детский писатель: книги «Тук-Тук», «Живая азбука» и другие.

В годы Первой мировой войны Саша Чёрный служил в 5-й армии рядовым при полевом лазарете и работал как прозаик.

Издал сборник прозы «Несерьёзные рассказы» (1928), повесть «Чудесное лето» (1929), детские книги: «Сон профессора Патрашкина» (1924), «Дневник фокса Микки» (1927), «Кошачья санатория» (1928), «Румяная книжка» (1930), «Белка-мореплавательница» (1932).

В 1929 году приобрёл участок земли на юге Франции, в местечке Ла Фавьер, построил свой дом, куда приезжали и где подолгу гостили русские писатели, художники, музыканты.

Саша Чёрный скончался от сердечного приступа 5 августа 1932 года. Рискуя жизнью, он помогал в тушении пожара на соседней ферме, придя домой, слёг и больше не поднялся.

Похоронен на кладбище Лаванду, департамент Вар. 

Могила поэта была утеряна вследствие того, что за нее некому было платить. Жена Саши Черного, Мария Ивановна, скончалась в 1961 году. В 1978 году на кладбище Лаванду была установлена символическая памятная доска, посвященная поэту. Детей у поэта не было.

В 1933 г. посмертно изданы книги «Солдатские сказки» и «Белка-мореплавательница».

В начале 1960-х годов благодаря стараниям Корнея Чуковского однотомники Саши Черного были изданы в Большой и Малой сериях Библиотеки поэта.

Издания

• Черный С. Избранная проза / Сост., послесловие и комм. А. С. Иванова. — М.: Книга, 1991. — 432 с. (Из литературного наследия)
• Черный С. Собрание сочинений в пяти томах. — М.: Эллис Лак, 1996.
• Черный С. Избранное / Сост. В. М. Рошаль. — СПб.: ТОО Диамант, 1997. — 448 с.

Стихи Саши Черного

Родился в бедной еврейской семье. С 1890-х годов начал публиковать свои стихи в различных изданиях. Произведения испытали большое влияние С. Надсона и символистов. В 1908 г. он одновременно закончил филологический факультет Петербургского университета и Академию художеств.

Он был участником многочисленных литературных объединений Петербурга начала XX века, в 1908 году стал членом Кружка «Вечера Случевского», посещал собрания на «Башне» уВяч. Иванова, с февраля 1913 года входил в «Цех поэтов» Н. Гумилёва, издавал журнал «Златоцвет». Особо активно участвовал в деятельности петербургского литературного Кружка, куда входили знаменитые поэты — Н. Гумилёв, О. Э. Мандельштам, А. А. Ахматова, К. Д. Бальмонт, В. Я. Брюсов, Ф. К. Сологуб и др. Сохранилась фотография участников встречи от 26 января 1913 года, а также фотографии Дмитрия Цензора из семейного архива Олега Протопопова (см. Неизвестные фотографии Н. Гумилёва и других поэтов Серебряного векаАвтор Кирилл Финкельштейн). Поначалу эти поэтические встречи проходили на дому у поэта Константина Константиновича Случевского (1837—1904) по пятницам и потому получили название «Пятницы Случевского». После смерти Случевского (25 сентября 1904 г.) участники «пятниц» решили периодически встречаться на квартирах постоянных участников Кружка, назвав его, в память ушедшего поэта «Вечера Случевского». Продолжились и традиции ведения альбома, отдельные части которого хранятся ныне в архивах ИРЛИ, РГАЛИ, и в фондах РНБ. Кружок стал главным «долгожителем» среди литературных салонов Петербурга, просуществовав 14 лет — до ноября 1917 года.

Позже Дмитрий Цензор написал про Кружок и обстановку, царившую в нём, в журнале «Златоцвет».

В советское время Д. Цензор оказался на обочине литературного процесса, время от времени печатался в многотиражках, лишь в 1940 году издал одну книгу избранных стихотворений. Перед войной он стал секретарем партийной организации Ленинградского Союза писателей.

Похоронен на «Литераторских мостках» Волкова кладбища в одной могиле с женой, балериной А. В. Груздевой.

Его пасынок — выдающийся фигурист Олег Протопопов. Именно отчим подарил первые коньки своему пасынку, будущему двукратному чемпиону Олимпийских игр.

Поэтические книги Д. Цензора:

• «Старое гетто», СПб., 1907;
• «Крылья Икара», 1908;
• «Легенда будней», 1913

Стихи Дмитрия Цензора

Родилась в Москве. Родителями Цветаевой были Иван Владимирович Цветаев и Мария Александровна Цветаева (урожденная Мейн). Отец, филолог-классик, профессор, возглавлял кафедру истории и теории искусств Московского университета, был хранителем отделения изящных искусств и классических древностей в Московском Публичном и в Румянцевском музеях. В отце Цветаева ценила преданность собственным стремлениям и подвижнический труд, которые, как утверждала, унаследовала именно от него. Огромное влияние на Марину, на формирование её характера оказывала мать. Она мечтала видеть дочь музыкантом. Несмотря на духовно близкие отношения с матерью, Цветаева ощущала себя в родительском доме одиноко и отчужденно. Юная Марина жила в мире прочитанных книг, возвышенных романтических образов.

Зимнее время года семья проводила в Москве, лето — в городе Тарусе Калужской губернии. Ездили Цветаевы и за границу. В 1903 Цветаева училась во французском интернате в Лозанне (Швейцария), осенью 1904 — весной 1905 обучалась вместе с сестрой в немецком пансионе во Фрейбурге (Германия), летом 1909 одна отправилась в Париж, где слушала курс старинной французской литературы в Сорбонне.

Марина Цветаева начала писать стихи в шестилетнем возрасте, причем не только на русском, но и на французском и немецком языках. В 1906-1907 написала повесть (или рассказ) «Четвертые», в 1906 перевела на русский язык драму французского писателя Э. Ростана «Орленок», посвященную трагической судьбе сына Наполеона (ни повесть, ни перевод драмы не сохранились). В литературе ей были особенно дороги произведения А.С. Пушкина и творения немецких романтиков, переведенные В.А. Жуковским.

В печати произведения Марины Цветаевой появились в 1910, когда она издала на собственные средства свою первую книгу стихов – «Вечерний альбом». «Вечерний альбом» был очень доброжелательно встречен критикой: новизну тона, эмоциональную достоверность книги отметили В.Я. Брюсов, М.А. Волошин, Н.С. Гумилев, М.С. Шагинян. Начало творческой деятельности Цветаевой связано с кругом московских символистов. После знакомства с Брюсовым и поэтом Эллисом Цветаева участвует в деятельности кружков и студий при издательстве «Мусагет». Также на раннее творчество Цветаевой значительное влияние оказали Николай Некрасов, Валерий Брюсов и Максимилиан Волошин (который стал одним из самых близких ее друзей).

Зимой 1910-1911 Волошин пригласил Марину Цветаеву и ее сестру Анастасию (Асю) провести лето 1911 в Коктебеле, где он жил. Там Цветаева познакомилась с Сергеем Яковлевичем Эфроном. В Сергее Эфроне Цветаева увидела воплощенный идеал благородства, рыцарства и вместе с тем беззащитность. Любовь к Эфрону была для нее и преклонением, и духовным союзом, и почти материнской заботой. Встречу с ним Цветаева восприняла как начало новой, взрослой жизни и как обретение счастья: В январе 1912 произошло венчание Марины Цветаевой и Сергея Эфрона. 5 сентября у них родилась дочь Ариадна (Аля).

Вторая книга Цветаевой «Волшебный фонарь» (1912) был воспринят как относительная неудача, как повторение оригинальных черт первой книги, лишенное поэтической новизны. Сама Цветаева также чувствовала, что начинает повторяться и, выпуская новый сборник стихов, — «Из двух книг» (1913), она очень строго отбирала тексты: из двухсот тридцати девяти стихотворений, входивших в «Вечерний альбом» и «Волшебный фонарь», были перепечатаны только сорок.

В 1914 году Марина познакомилась с поэтессой и переводчицей Софией Парнок; их романтические отношения продолжались до 1916 года. Цветаева посвятила Парнок цикл стихов «Подруга». Цветаева и Парнок расстались в 1916 году; Марина вернулась к мужу Сергею Эфрону. Отношения с Парнок Цветаева охарактеризовала как «первую катастрофу в своей жизни».

На протяжении 1913-1915 совершается постепенная смена цветаевской поэтической манеры: место трогательно-уютного детского быта занимают эстетизация повседневных деталей (например, в цикле «Подруга», 1914-1915, обращенном к поэтессе С.Я. Парнок), и идеальное, возвышенное изображение старины (стихотворения «Генералам двенадцатого года» (1913) «Бабушке» (1914) и др.). Начиная с этого времени, стихотворения Цветаевой становятся более разнообразными в метрическом и ритмическом отношении (она осваивает дольник и тонический стих, отступает от принципа равноударности строк); поэтический словарь расширяется за счет включения просторечной лексики, подражания слогу народной поэзии и неологизмов. В 1915-1916 складывается индивидуальная поэтическая символика Цветаевой, ее «личная мифология». Эти особенности поэтики сохранятся и в стихотворениях Цветаевой позднейшего времени.

Свойственные Цветаевой демонстративная независимость и резкое неприятие общепринятых представлений и поведенческих норм проявлялись не только в общении с другими людьми, но и в оценках и действиях, относящихся к политике. Первую мировую войну Цветаева восприняла как взрыв ненависти против дорогой с детства ее сердцу Германии. Она откликнулась на войну стихами, резко диссонировавшими с патриотическими и шовинистическими настроениями конца 1914. Февральскую революцию 1917 она приветствовала, как и ее муж, чьи родители (умершие до революции) были революционерами-народовольцами. Октябрьскую революцию восприняла как торжество губительного деспотизма. Известие о ней застало Цветаеву в Крыму, в гостях у Волошина. Вскоре сюда приехал и ее муж. 25 ноября 1917 она выехала из Крыма в Москву, чтобы забрать детей — Алю и маленькую Ирину, родившуюся в апреле этого года. Цветаева намеревалась вернуться с детьми в Коктебель, к Волошину, Сергей Эфрон, вставший на сторону Временного правительства, решил отправиться на Дон, чтобы там продолжить борьбу с большевиками. Вернуться в Крым не удалось: непреодолимые обстоятельства, фронты Гражданской войны разлучили Цветаеву с мужем и с Волошиным. С Волошиным она больше никогда не увиделась. Сергей Эфрон сражался в рядах Белой армии, и оставшаяся в Москве Цветаева не имела о нем никаких известий. В голодной и нищей Москве в 1917-1920 она пишет стихи, воспевающие жертвенный подвиг Белой армии. К концу 1921 эти стихотворения были объединены в сборник «Лебединый стан», подготовленный к изданию. (При жизни Цветаевой сборник напечатан не был, впервые опубликован на Западе в 1957). Цветаева публично и дерзко читала эти стихотворения в большевистской Москве.

Она и дети с трудом сводили концы с концами, голодали. В начале зимы 1919-1920 Цветаева отдала дочерей в детский приют в Кунцеве. Вскоре она узнала о тяжелом состоянии дочерей и забрала домой старшую, Алю, к которой была привязана как к другу и которую исступленно любила. Выбор Цветаевой объяснялся и невозможностью прокормить обеих, и равнодушным отношением к Ирине. В начале февраля 1920 Ирина умерла. Ее смерть отражена в стихотворении «Две руки, легко опущенные…» (1920) и в лирическом цикле «Разлука» (1921), обращенном к мужу.

11 июля 1921 она получила письмо от мужа, эвакуировавшегося с остатками Добровольческой армии из Крыма в Константинополь. Вскоре он перебрался в Чехию, в Прагу. После нескольких изнурительных попыток Цветаева получила разрешение на выезд из Советской России и 11 мая 1922 вместе с дочерью Алей покинула родину.

15 мая 1922 Марина Ивановна и Аля приехали в Берлин. Там Цветаева оставалась до конца июля, где подружилась с временно жившим здесь писателем-символистом Андреем Белым. В Берлине она отдает в печать новый сборник стихотворений — «Ремесло» (опубл. в 1923) — и поэму «Царь-Девица». Сергей Эфрон приехал к жене и дочери в Берлин, но вскоре вернулся в Чехию, в Прагу, где учился в Карловом университете и получал стипендию. Цветаева с дочерью приехала к мужу в Прагу 1 августа 1922. В Чехии они провела более четырех лет. 1 февраля 1925 у них родился долгожданный сын, названный Георгием (домашнее имя — Мур). Цветаева его обожала. Стремление сделать всё возможное для счастья и благополучия сына воспринимались взрослевшим Муром отчужденно и эгоистично; вольно и невольно он сыграл трагическую роль в судьбе матери.

В Праге у Цветаевой впервые устанавливаются постоянные отношения с литературными кругами, с издательствами и редакциями журналов. Ее произведения печатались на страницах журналов «Воля России» и «Своими путями», Цветаева выполняла редакторскую работу для альманаха «Ковчег».

В 1924 Цветаева создает «Поэму Горы», завершает «Поэму Конца». В первой отражен роман Цветаевой с русским эмигрантом, знакомым мужа К.Б. Родзевичем, во второй — их окончательный разрыв. Мотивы расставания, одиночества, непонятости постоянны и в лирике Цветаевой этих лет: циклы «Гамлет» (1923, позднее разбит на отдельные стихотворения), «Федра» (1923), «Ариадна» (1923). Жажда и невозможность встречи, союз поэтов как любовный союз, плодом которого станет живое чадо — лейтмотивы цикла «Провода», обращенного к Б.Л. Пастернаку. Символом соединения разлученных становятся телеграфные провода, тянущиеся между Прагой и Москвой.

Поэтический диалог и переписка с Пастернаком, с которым до отъезда из России Цветаева близко знакома не была, стали для Цветаевой в эмиграции дружеским общением и любовью двух духовно родственных поэтов. В трех лирических стихотворениях Пастернака, обращенных к Цветаевой, нет любовных мотивов, это обращения к другу-поэту. Цветаева послужила прототипом Марии Ильиной из пастернаковского романа в стихах «Спекторский». Цветаева, уповая как на чудо, ждала личного свидания с Пастернаком; но когда он с делегацией советских писателей посетил Париж в июне 1935, их встреча обернулась беседой двух духовно и психологически далеких друг от друга людей.

Во второй половине 1925 Цветаева приняла окончательное решение покинуть Чехословакию и переселиться во Францию. Ее поступок объяснялся тяжелым материальным положением семьи; она полагала, что сможет лучше устроить себя и близких в Париже, который тогда становился центром русской литературной эмиграции. 1 ноября 1925 Цветаева с детьми приехала во французскую столицу; к Рождеству туда перебрался и Сергей Эфрон.

В Париже в ноябре 1925 она закончила поэму «Крысолов» на сюжет средневековой легенде о человеке, избавившем немецкий город Гаммельн от крыс, выманив их звуками своей чудесной дудочки; когда скаредные гаммельнские обыватели отказались заплатить ему, он вывел, наигрывая на той же дудочке, их детей и отвел на гору, где их поглотила разверзшаяся земля. Крысолов был опубликован в пражском журнале «Воля России».

Во Франции Цветаева создала еще несколько поэм. Поэма «Новогоднее» (1927) — пространная эпитафия, отклик на смерть немецкого поэта Р.-М. Рильке, с которым она и Пастернак состояли в переписке. Поэма «Воздуха» (1927), — художественное переосмысление беспосадочного перелета через Атлантический океан, совершенного американским авиатором Ч. Линдбергом. Полет летчика у Цветаевой — одновременно символ творческого парения и иносказательное, зашифрованное изображение умирания человека.

Переезд во Францию не облегчил жизнь Цветаевой и ее семьи. Сергей Эфрон, непрактичный и не приспособленный к тяготам жизни, зарабатывал немного. Цветаеву печатали мало, зачастую правили ее тексты. За все парижские годы она смогла выпустить лишь один сборник стихов – «После России» (1928). Эмигрантской литературной среде, преимущественно ориентированной на возрождение и продолжение классической традиции, были чужды эмоциональная экспрессия и гиперболизм Цветаевой, воспринимавшиеся как истеричность. Ведущие эмигрантские критики и литераторы (З.Н. Гиппиус, Г.В. Адамович, Г.В. Иванов и др.) оценивали ее творчество отрицательно. Высокая оценка цветаевских произведений поэтом и критиком В.Ф. Ходасевичем и критиком Д.П. Святополк-Мирским, а также симпатии молодого поколения литераторов не меняли общей ситуации. Неприятие Цветаевой усугублялись ее сложным характером и репутацией мужа (Сергей Эфрон хлопотал с 1931 о советском паспорте, высказывал просоветские симпатии, работал в «Союзе возвращения на родину»). Он стал сотрудничать с советскими спецслужбами. Энтузиазм, с которым Цветаева приветствовала Маяковского, приехавшего в Париж в октябре 1928, было воспринято консервативными эмигрантскими кругами как свидетельство просоветских взглядов самой Цветаевой (на самом деле Цветаева, в отличие от мужа и детей, не питала никаких иллюзий в отношении режима в СССР и просоветски настроена не была).

Во Франции Цветаевой были созданы посвященные поэзии и поэтам циклы «Маяковскому» (1930, отклик на смерть В.В. Маяковского), «Стихи к Пушкину» (1931), «Надгробие» (1935, отклик на трагическую смерть поэта-эмигранта Н.П. Гронского), «Стихи сироте» (1936, обращены к поэту-эмигранту А.С. Штейгеру). Творчество как каторжный труд, как долг и освобождение — мотив цикла «Стол» (1933). Антитеза суетной человеческой жизни и божественных тайн и гармонии природного мира выражена в стихотворениях из цикла «Куст» (1934). В 1930-х Цветаева часто обращалась к прозе: автобиографические сочинения, эссе о Пушкинеи его произведениях «Мой Пушкин», «Пушкин и Пугачев».

Во второй половине 1930-х Цветаева испытала глубокий творческий кризис. Она почти перестала писать стихи (одно из немногих исключений — цикл «Стихи к Чехии» (1938-1939) - поэтический протест против захвата Гитлером Чехословакии. Неприятие жизни и времени — лейтмотив нескольких стихотворений, созданных в середине 1930-х. У Цветаевой произошел тяжелый конфликт с дочерью, настаивавшей, вслед за своим отцом, на отъезде в СССР. В сентябре 1937 Сергей Эфрон оказался причастен к политическому убийству бывшего агента советских спецслужб и вскоре был вынужден скрыться и бежать в СССР. Вслед за ним на родину вернулась дочь Ариадна. Цветаева осталась в Париже вдвоем с сыном. Ее долгом и желанием было соединиться с мужем и дочерью и 18 июня 1939 Цветаева с сыном вернулись на родину.

На родине Цветаева с родными первое время жили на государственной даче НКВД предоставленной С. Эфрону. Однако вскоре и Эфрон, и Ариадна были арестованы. После этого Цветаева была вынуждена скитаться. Полгода, прежде чем получить временное (сроком на два года) жилье в Москве, она поселилась вместе с сыном в доме писателей в подмосковном поселке Голицыне. Функционеры Союза писателей отворачивались от нее, как от жены и матери «врагов народа». Подготовленный ею в 1940 сборник стихов напечатан не был. Денег катастрофически не хватало. Вскоре после начала Великой Отечественной войны, 8 августа 1941 Цветаева с сыном эвакуировались из Москвы и оказались в небольшом городке Елабуге. В Елабуге работы так же не было, у Цветаевой произошла ссора с сыном, который, по-видимому, упрекал ее в их тягостном положении.

31 августа 1941 года покончила жизнь самоубийством (повесилась) в доме Бродельниковых, куда вместе с сыном была определена на постой. Оставила три предсмертные записки: тем, кто будет её хоронить («эвакуированным», Асеевым и сыну). Оригинал записки «эвакуированным» не сохранился (был изъят в качестве вещественного доказательства милицией и утерян), её текст известен по списку, который разрешили сделать Георгию Эфрону.

Записка сыну:  
Мурлыга! Прости меня, но дальше было бы хуже. Я тяжело больна, это уже не я. Люблю тебя безумно. Пойми, что я больше не могла жить. Передай папе и Але — если увидишь — что любила их до последней минуты и объясни, что попала в тупик.

Записка Асеевым: 
Дорогой Николай Николаевич! Дорогие сестры Синяковы! Умоляю вас взять Мура к себе в Чистополь — просто взять его в сыновья — и чтобы он учился. Я для него больше ничего не могу и только его гублю. У меня в сумке 450 р. и если постараться распродать все мои вещи. В сундучке несколько рукописных книжек стихов и пачка с оттисками прозы. Поручаю их Вам. Берегите моего дорогого Мура, он очень хрупкого здоровья. Любите как сына — заслуживает. А меня — простите. Не вынесла. МЦ. Не оставляйте его никогда. Была бы безумно счастлива, если бы жил у вас. Уедете — увезите с собой. Не бросайте!

Записка «эвакуированным»: 
Дорогие товарищи! Не оставьте Мура. Умоляю того из вас, кто сможет, отвезти его в Чистополь к Н. Н. Асееву. Пароходы — страшные, умоляю не отправлять его одного. Помогите ему с багажом — сложить и довезти. В Чистополе надеюсь на распродажу моих вещей. Я хочу, чтобы Мур жил и учился. Со мной он пропадет. Адр. Асеева на конверте. Не похороните живой! Хорошенько проверьте.

Марина Цветаева похоронена 2 сентября 1941 года на Петропавловском кладбище в г. Елабуге. Точное расположение её могилы неизвестно. На южной стороне кладбища, у каменной стены, где находится её затерявшееся последнее пристанище, в 1960 году сестра поэтессы, Анастасия Цветаева, «между четырёх безвестных могил 1941 года» установила крест с надписью «В этой стороне кладбища похоронена Марина Ивановна Цветаева». В 1970 году на этом месте было сооружено гранитное надгробие. Позднее, будучи уже в возрасте за 90, Анастасия Цветаева стала утверждать, что могила находится на точном месте захоронения сестры и все сомнения являются всего лишь домыслами. С начала 2000-х годов место расположения гранитного надгробия, обрамлённое плиткой и висячими цепями, по решению Союза писателей Татарстана именуется «официальной могилой М. И. Цветаевой». В экспозиции Мемориального комплекса М. И. Цветаевой в Елабуге демонстрируется также карта мемориального участка Петропавловского кладбища с указанием двух «версионных» могил Цветаевой — по так называемым «чурбановской» версии и «матвеевской» версии. Среди литературоведов и краеведов единой доказательной точки зрения по этому вопросу до сих пор нет.

Сборники стихов

• 1910 — «Вечерний альбом»
• 1912 — «Волшебный фонарь», вторая книга стихов, Изд. «Оле-Лукойе», Москва.
• 1913 — «Из двух книг», Изд. «Оле-Лукойе».
• «Юношеские стихи», 1913—1915.
• 1922 — «Стихи к Блоку» (1916—1921), Изд. Огоньки, Берлин, Обложка А. Арнштама.
• 1922 — «Конец Казановы», Изд. Созвездие, Москва. Обложка работы О. С. Соловьевой.
• 1920 — «Царь-девица»
• 1921 — «Вёрсты»
• 1921 — «Лебединый стан»
• 1922 — «Разлука»
• 1923 — «Ремесло»
• 1923 — «Психея. Романтика»
• 1924 — «Молодец»
• 1928 — «После России»
• сборник 1940 года

Поэмы

• Чародей (1914)
• На Красном Коне (1921)
• Поэма Горы (1924, 1939)
• Поэма Конца (1924)
• Крысолов (1925)
• С моря (1926)
• Попытка комнаты (1926)
• Поэма Лестницы (1926)
• Новогоднее (1927)
• Поэма Воздуха (1927)
• Красный бычок (1928)
• Перекоп (1929)
• Сибирь (1930)

Поэмы-сказки

• Царь-Девица (1920)
• Переулочки (1922)
• Мо́лодец (1922)

Незавершённые

• Егорушка
• Несбывшаяся поэма
• Певица
• Автобус
• Поэма о Царской Семье

Драматические произведения

• Червонный валет (1918)
• Метель (1918)
• Фортуна (1918)
• Приключение (1918-19)
• Пьеса о Мэри (1919, не завершена)
• Каменный Ангел (1919)
• Феникс (1919)
• Ариадна (1924)
• Федра (1927)

Эссеистская проза

• «Живое о живом»
• «Пленный дух»
• «Мой Пушкин»
• «Пушкин и Пугачёв»
• «Искусство при свете совести»
• «Поэт и время»
• «Эпос и лирика современной России»
• воспоминания об Андрее Белом, Валерии Брюсове, Максимилиане Волошине, Борисе Пастернаке и др.
• Мемуары
• «Мать и музыка»
• «Сказка матери»
• «История одного посвящения»
• «Дом у Старого Пимена»
• «Повесть о Сонечке»

Стихи Марины Цветаевой

Даниил Ювачёв родился в семье народовольца Ивана Ювачёва, некогда приговоренного к смертной казни, замененной пожизненным заключением, отбывшего ссылку на Дальнем Востоке и ушедшего из революции в религию. Даниил родился уже после освобождения отца, когда Ювачёв вернулся в Петербург. Окончил «Петершуле» - привилегированную немецкую школу в Петербурге. Псевдоним Хармс Даниил придумал себе сам именно в школьные годы, возводя его как к французскому «charme» — «шарм, обаяние», так и к английскому «harm» — «вред». Однако полагая что неизменное имя приносит несчастье, Хармс долгое время изобретательно варьировал его.

Хармс-литератор сформировался в 20-е годы, испытав влияние Хлебникова, Труфанова и Кручёных. Самое раннее из сохранившихся стихотворений Даниила Хармса датировано 1922 годом. Впервые опубликовался Хармс в 1926, в альманахе «Собрание стихотворений» Всероссийского Союза поэтов, куда был принят в марте того же года на основании представленных стихотворных сочинений, тогда же и был закреплен псевдоним Хармс.

С 1926 Хармс активно пытается организовать силы «левых» писателей и художников Ленинграда, создавая недолговечные организации «Радикс», «Левый фланг». С 1928 Хармс пишет для детского журнала «Чиж». Тогда же он становится одним из основателей авангардной поэтической и художественной группы «Объединение реального искусства» (ОБЭРИУ), в 1928 году проведшей знаменитый вечер «Три левых часа», где была представлена и абсурдистская «пиэсса» Хармса «Елизавета Бам». Произведения обэриутов газета «Смена» расценила в апреле 1930 как «поэзию классового врага», и с 1932 года деятельность ОБЭРИУ в прежнем составе фактически прекращается.

В декабре 1931 вместе с другими обэриутами был арестован, обвинен в антисоветской деятельности и приговорен 21 марта 1932 коллегией ОГПУ к трём годам исправительных лагерей. Однако приговор был 23 мая того же года заменен высылкой и 18 июня Хармс отправился в Курск, где пробыл до ноября, затем ему удалось вернуться в Ленинград.

По возвращении из ссылки Хармс продолжает общаться с единомышленниками, сотрудничает в детских журналах «Еж», «Сверчок» и «Октябрята», печатает около 20 детских книг, которые писались они исключительно для заработка и особого значения Хармс им не придавал. После публикации в 1937 году в детском журнале стихотворения «Из дома вышел человек с дубинкой и мешком», который «с той поры исчез», некоторое время Хармса не печатают, что ставит его с женой Мариной Малич на грань голодной смерти.

Позднее Хармс отошел от поэзии, он пишет множество коротких историй, театральных сценок и стихов для взрослых, которые при жизни не публиковались. В этот период создаются цикл миниатюр «Случаи», «Сцены», повесть «Старуха».

В августе 1941 Хармс был вновь арестован за «пораженческие высказывания». Прошел через камеру пыток. Чтобы избежать расстрела, симулировал сумасшествие. Умер Даниил Хармс 2 февраля 1942 года, во время блокады Ленинграда, от голода, в отделении психиатрии тюремной больницы. В 1956 году реабилитирован, и его стихи начали постепенно возвращаться к читателям.

Избранные издания

• Хармс Д. Собрание произведений / Д. Хармс; под ред. М. Мейлаха и Вл. Эрля. — Bremen : K-Presse, 1978—1988. — Кн. 1—4.
• Хармс Д. Полёт в небеса : Стихи. Проза. Драмы. Письма / Д. Хармс; вступ. ст., сост., подгот. текста и примеч. А. А. Александрова; худож. Л. Яценко. — Л. : Сов. писатель, 1988. — 558 с., ил. — (Наследие) — 50 000 экз.
• Хармс Д. Старуха : Рассказы. Сцены. Повесть / Д. Хармс; сост. В. Глоцер; худож. Л. Тишков. — М. : Юнона, 1991. — 126 с. : ил. — 125 000 экз.
• Хармс Д. Меня называют капуцином. Некоторые произведения Даниила Ивановича Хармса / Д. Хармс; худож. Г. Мурышкин, С. Георгиева, М. Мурышкина; сост. и подгот. текстов А. Герасимова. — М. : Каравенто : Пикмент, 1993. — 352 с., ил.
• «Мне дилетанту все достижения сих режиссеров кажется убожеством». Из записных книжек Хармса / Публ. вст. ст. и коммент. Ю. Гирбы // Мнемозина. Документы и факты из истории русского театра ХХ века / Ред.-сост. В. В. Иванов. М.: ГИТИС, 1996. С.111-123.
• Хармс Д. Полное собрание сочинений : в 3 т. / Д. Хармс; [под общей ред. В. Н. Сажина]. — СПб. : Академический проект, 1997. — 5 000 экз.
• Хармс Д. Полное собрание сочинений. Т. 4. Неизданный Д. Хармс. Трактаты и статьи. Письма. Дополнения к т. 1-3 / Д. Хармс; сост. и примеч. В. Н. Сажина. — СПб. : Академический проект, 2001. — 319 с. — 3 500 экз.
• Хармс Д. Полное собрание сочинений. Записные книжки. Дневник : в 2 кн. / Д. Хармс; подгот. текста Ж.-Ф. Жаккара и В. Н. Сажина. — СПб. : Академический проект, 2002. — 3 000 экз.
• Хармс Д. Цирк Шардам : сборник / Д. Хармс; сост., подгот. текста, предисл., примеч. и общ. ред. В. Н. Сажина. — СПб. : Кристалл, 1999. — 1118 с. : портр. — (Б-ка мировой лит. : БМЛ). — 10 000 экз.
• Хармс Д. Дней катыбр : Избр. стихотворения. Поэмы. Драмат. произведения / Д. Хармс; сост., вступ. ст. и примеч. М. Мейлаха; подгот. текста М. Мейлаха и Вл. Эрля; подгот. текста «Елизаветы Бам» Вл. Эрля. — М.; Кайенна: Гилея, 1999. — 638 c., ил., факс. — (Правительство поэтов) — 3 000 экз.
• Хармс Д. Даниил Хармс : сборник / Д. Хармс; вступ. ст. В. Глоцера. — М. : Эксмо, 2003. — 493 с., ил. — (Антология Сатиры и Юмора России XX века ; Т. 23). — 10 000 экз.
• Хармс Д. Малое собрание сочинений / Д. Хармс; сост., вступ. ст. и коммент. В. Сажина. — СПб. : Азбука-классика, 2003. — 863 с. — (Азбука-классика). — 7 000 экз.
• Хармс Д. Случаи и вещи / Д. Хармс; сост. и примеч. А. Дмитренко и В. Эрля; подгот. текстов В. Эрля; иллюстрации Ю. Штапакова. — СПб. : Вита Нова, 2004. — 494 с. : ил. — (Рукописи). — 1 500 экз.
• Хармс Д. О женщинах и о себе : дневниковые записи, стихи, проза / Д. Хармс. — М. : Альта-Принт, 2006. — 319 с., ил. — (Фаллософические памятники). — 5 000 экз.
• Рисунки Хармса / сост. Ю. С. Александров. — СПб. : Изд-во Ивана Лимбаха, 2006. — 336 с.
• Хармс Д. Стихотворения. Драматические произведения / Д. Хармс; вступ. ст., сост., подгот. текста и примеч. В. Н. Сажина. — СПб. : Академический проект : ДНК, 2007. — 440 с., ил. — (Новая Библиотека поэта. Малая серия). — 1 000 экз.

Стихи Даниила Хармса

Ходасевич родился в семье художника-фотографа. Мать поэта, Софья Яковлевна, была дочерью известного еврейского литератора Я. А. Брафмана. Ходасевич рано почувствовал свое призвание, выбрав литературу главным занятием жизни. Уже в шесть лет сочинил свои первые стихи.

Учился в Третьей московской гимназии, где его однокласником был брат поэта Валерия Брюсова, а в старшем классе учился Виктор Гофман, сильно повлиявший на мировоззрение Ходасевича. Окончив гимназию в 1904 году, Ходасевич поступил сначала на юридический факультет Московского университета, потом на историко-филологический. Печататься Ходасевич начал в 1905 году, тогда же он женится на Марине Эрастовне Рындиной. Брак был несчастливым — уже в конце 1907 года они расстались. Часть стихотворений из первой книги стихов Ходасевича «Молодость» (1908) посвящена именно отношениям с Мариной Рындиной.

Сборники «Молодость» (1908) и вышедший позднее «Счастливый домик» (1914) - были доброжелательно встречены читателями и критикой. Ясность стиха, чистота языка, точность в передаче мысли выделили Ходасевича из ряда новых поэтических имен и определили его особое место в русской поэзии. За шесть лет, прошедшие от написания «Молодости» до «Счастливого домика», Ходасевич стал профессиональным литератором, зарабатывающим на жизнь переводами, рецензиями, фельетонами и др. В 1914 была опубликована первая работа Ходасевича о Пушкине («Первый шаг Пушкина»), открывшая целую серию его «Пушкинианы». Исследованием жизни и творчества великого русского поэта Ходасевич занимался всю жизнь.

В 1917 году Ходасевич с восторгом принимает Февральскую революцию и поначалу соглашается сотрудничать с большевиками после Октябрьской революции. В 1920 году выходит третий сборник Ходасевича «Путём зерна» с одноименным заглавным стихотворением, в котором есть такие строки о 1917-м годе: «И ты, моя страна, и ты, её народ, // Умрёшь и оживёшь, пройдя сквозь этот год». Эта книга выдвинула Ходасевича в ряд наиболее значительных поэтов своего времени.

В 1922 выходит сборник стихов Ходасевича «Тяжёлая лира», ставший последним, изданным в России. 22 июня того же года Ходасевич вместе с поэтессой Ниной Берберовой покидает Россию и через Ригу попадает в Берлин. За границей Ходасевич некоторое время сотрудничал с М. Горьким, который привлек его к совместному редактированию журнала «Беседа».

В 1925 году Ходасевич и Берберова переезжают в Париж, где через два года Ходасевич выпускает цикл стихов «Европейская ночь». После этого поэт всё меньше и меньше пишет стихи, уделяя больше внимания критике. Живет трудно, нуждается, много болеет, но работает напряженно и плодотворно. Все чаще выступает как прозаик, литературовед и мемуарист: «Державин. Биография» (1931), «О Пушкине» и «Некрополь. Воспоминания» (1939).

В последние годы Ходасевич публиковал в газетах и журналах рецензии, статьи, очерки о выдающихся современниках - Горьком, Блоке, Белом и многих других. Переводил поэзию и прозу польских, французских, армянских и др. писателей.

Умер Владислав Ходасевич в Париже 14 июня 1939.

Библиография

• сборник «Молодость». Первая книга стихов. — М.: Книгоиздательство Гриф, 1908. — ??? с.
• сборник «Счастливый домик». Вторая книга стихов. — М.: Альциона, 1914. — 78 с.
• сборник «Из еврейских поэтов», 1918. — ??? с.
• сборник «Путём зерна», 1920. — ??? с.
• сборник «Счастливый домик. Стихи». — Петербург - Берлин: Изд-во З. И. Гржебина, 1922. — ??? с.
• сборник «Тяжёлая лира». Четвёртая книга стихов 1920—1922. — М., Петроград: Государственное издательство. — 1922. — 60 с.
• цикл «Европейская ночь», 1927. — ??? с.
• биография «Державин», 1931. — ??? с.
• сборник статей «О Пушкине», 1937. — ??? с.
• книга воспоминаний «Некрополь», 1939. — ??? с.

• Ходасевич В. Ф. Державин. — М.: Книга, 1988. — 384 с. (Писатели о писателях) Тираж 200 000 экз. 
• Ходасевич В. Ф. Собрание стихотворений. — М.: Молодая гвардия, 1989. — 183 с. 
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения. — Л.: Сов. писатель, 1989. — 464 с. (Библиотека поэта, Большая серия, Издание третье) Тираж 100 000 экз. 
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения. — Л.: Искусство, 1989. — 95 с.
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения. (Библиотечка журнала "Полиграфия") — М.: Детская книга, 1990. — 126 с.
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения / Сост., вступ. ст., прим. В. П. Зверев. — М.: Молодая гвардия, 1991. — 223 с.
• Ходасевич В. Ф. Некрополь. — М.: Сов. писатель - Олимп, 1991. — 192 с. Тираж 100 000 экз. 
• Ходасевич В. Ф. Колеблемый треножник: Избранное. — М.: Советский писатель, 1991. — ??? с.
• Ходасевич В. Ф. Собрание стихотворений. — М.: Центурион Интерпракс, 1992. — 448 с. 
• Ходасевич В. Ф. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Литературно-исторические статьи. (Из поэтического наследия.) / Редактор-составитель И. А. Курамжина. — М.: Центр-100, 1996. — 288 с.
• Ходасевич В. Ф. Собрание сочинений в 4 т. — М.: Согласие, 1996—1997.
• Ходасевич В. Ф. Некрополь. — М.: Вагриус, 2001. — 244 с. 
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения / Сост., подгот. текста, вступ. ст., примеч. Дж. Малмстада. — СПб.: Академический проект, 2001. — 272 с. (Новая библиотека поэта, Малая серия) 
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения / Сост. В. Зверев. — М.: Звонница-МГ, 2003. — 320 с.
• Ходасевич В. Ф. Стихотворения. — М.: Профиздат, 2007. — 208 с.

Стихи Владислава Ходсевича

Родился 28 октября (9 ноября) 1885 в Малодербетовском улусе Астраханской губернии в семье орнитолога и лесовода, впоследствии — основателя первого в СССР заповедника. С раннего детства Хлебников сопровождал отца в поездках, вел фенологические и орнитологические записи, позже участвовал в научных экспедициях в Дагестан, вместе с братом в 1905 совершил самостоятельное научное путешествие на Урал. Первое из его сохранившихся стихотворений начиналось строкой «О чем поешь ты, птичка в клетке?..» Мать Велимира Хлебникова посвятила себя воспитанию пятерых детей, которые благодаря ей получили хорошее домашнее образование, приобрели вкус к литературе, живописи и истории.

В связи со служебными обязанностями отца семья часто переезжала. В 1897 Хлебников пошел в 3-й класс Симбирской гимназии, затем семья переехала в Казань, где будущий поэт окончил гимназию и в 1903 поступил в университет. В годы учебы писал стихи и прозу, занимался живописью, математикой, биологией, химией, философией, изучал японский язык. Университетские профессора считали его многообещающим натуралистом. Сам же Велимир Хлебников в 1904 писал о себе: «Пусть на могильной плите прочтут: «Он нашел истинную классификацию наук, он связал время с пространством, он создал геометрию чисел. Он нашел славяний, он основал институт изучения дородовой жизни ребенка…».

В 1908 Хлебников приехал в Петербург и поступил в университет — сначала на естественный факультет, затем на историко-филологический (оставив учебу в 1911). Сблизился с кругом символистов, посещал «среды» Вяч. Иванова и «Академию стиха» при журнале «Аполлон», где встречался с акмеистами. Хлебникова сближал с символистами интерес к мифологии, русской истории и фольклору (именно в кругу Вяч. Иванова он получил древнее славянское имя Велимир). Однако уже в эти годы у Хлебникова появились отличные от символистов и акмеистов взгляды на природу слова. С 1905, тяжело переживая поражение России в русско-японской войне и поражение Первой русской революции, он пытался вывести числовые законы Времени, влияющие на судьбы человечества.

В 1908 в журнале «Весна» было опубликовано первое стихотворение Велимира Хлебникова «Искушение грешника». Тогда же состоялось его знакомство с В. Каменским, Д. Бурлюком и др. членами группы «Гилея», к которым затем присоединились В. Маяковский и Б. Лившиц. Вскоре Хлебников стал главным теоретиком футуризма, который называл «будетлянством». Его стихи вошли в футуристический сборник «Садок судей» (1910), которым заявило о себе новое литературное движение. В том же году вышло еще несколько поэтических и теоретических книг Хлебникова — «Ряв!», «Творения 1906-1908» и др. Знаменитый сборник футуристов «Пощечина общественному вкусу» (1912) наполовину состоял из стихов Велимира Хлебникова — «Кузнечик», «Бобэоби пелись губы…» и др. Ритмический и звуковой строй этих стихов, а также написанных к тому времени пьесы «Маркиз Дэзес» (1909-1911) и поэмы «Журавль» (1909) был ориентирован на разговорную речь. В «Пощечине общественному вкусу» была напечатана составленная Хлебниковым таблица «Взор на 1917 год», в которой он, согласно своим исчислениям законов времени, предсказал «падение государства».

В 1912 была издана книга Велимира Хлебникова «Учитель и ученик», в которой он изложил основы будетлянства как нового искусства. Его поэтико-лингвистические исследования легли в основу «заумного языка», разработанного им совместно с поэтом А. Крученыхом и воплощенного в их общей поэме «Игра в аду» (1912). В общем сборнике Крученыха и Хлебникова «Слово как таковое» (1913) о «зауми» было сказано, что она пользуется «разрубленными словами, полусловами и их причудливыми хитрыми сочетаниями». По определению Хлебникова, в «зауми» происходит «сопряжение корней» слов, первоначально разложенных на фонетические составляющие.

С началом Первой мировой войны Хлебников начал изучать законы прошлых войн, чтобы предсказать ход текущей войны. Результатом этой работы стали книги «Битвы 1915-1917 гг. Новое учение о войне» (1915) и «Время мера мира» (1916). Неприятие мировой бойни составляет содержание поэмы «Война в мышеловке» (1915-1922) и других произведений этого периода.

В 1916 Велимир Хлебников был призван в армию и оказался в запасном полку в Царицыне, где, по его словам, «прошел весь ад перевоплощения поэта в лишенное разума животное». С помощью знакомого врача ему удалось добиться освобождения от армии. В это время поэт мечтал создать общество Председателей Земного Шара, в которое мог бы войти каждый, кто ощущает свое единство с человечеством и ответственность за его судьбу. В понимании Хлебникова, искусство имеет жизнестроительное значение в судьбе поэта-«творянина». С необходимостью внебытового существования «творянина» связаны странствия поэта по России. Хлебников считал, что «стихи — это все равно что путешествие, нужно быть там, где до сих пор еще никто не был». Образ жизни Хлебникова точно охарактеризован в воспоминаниях поэта Н. Асеева: «В мире мелких расчетов и кропотливых устройств собственных судеб Хлебников поражал своей спокойной незаинтересованностью и неучастием в людской суетне. Меньше всего он был похож на типичного литератора тех времен: или жреца на вершине признания, или мелкого пройдоху литературной богемы. Да и не был он похож на человека какой бы то ни было определенной профессии. Был он похож больше всего на длинноногую задумчивую птицу… Все окружающие относились к нему нежно и несколько недоуменно».

Октябрь 1917 Велимир Хлебников встретил в Петрограде. Впоследствии описал увиденное в поэме «Ночной обыск «(1921). В 1918 находился в Астрахани и описал свои впечатления в поэме «Ночь перед Советами» (1921). В 1920-1921 на Украине Хлебников стал свидетелем разгрома армии Деникина, который описал в поэмах «Ночь в окопе» (1920), «Каменная баба» (1919), в рассказе «Малиновая шашка» (1921) и др. произведениях. Затем Хлебников приехал на Кавказ, где работал в различных газетах, в бакинском и пятигорском отделении РОСТА, в Политпросвете Волжско-Каспийского флота. Революционные события на Востоке стали темой поэмы «Тиран без Тэ» (1921). Осмысление революции как вселенского явления происходит в поэме «Ладомир» (1920), опубликованной в Харькове. Ее заглавие — неологизм, придуманный Велимиром Хлебниковым для обозначения всеобщей гармонии. В «Ладомире» создан образ неделимого человечества, объединенного с природой.

В декабре 1921 Велимир Хлебников вернулся в Москву. К этому времени относится его пророчество относительно собственной судьбы: «Люди моей задачи часто умирают тридцати семи лет». В 1922 написал «Зангези», определив жанр этого произведения как «сверхповесть» и объяснив его внутренний строй следующим образом: «Сверхповесть, или заповесть, складывается из самостоятельных отрывков, каждый со своим особым богом, особой верой и особым уставом… Это эпос сознания, эпос о мыслительном процессе, связующем прошлое и будущее человечества». Имя главного героя — непонятого пророка, «второго я» автора — произведено от слияния названий рек Ганг и Замбези, символизирующих Евразию и Африку. «Зангези» пользуется заумным языком, кроме которого в поэме использован, по словам автора, также птичий язык, язык богов, звездный язык, разложение слова, звукопись, безумный язык. В состав сверхповести введены «Доски судьбы» — составленные Хлебниковым числовые соотношения между историческими событиями.

Весной 1922, уже будучи тяжело больным, Хлебников отправился в Новгородскую губернии вместе с художником П. Митуричем.

Умер Хлебников в деревне Санталово Новгородскую губернии 28 июня 1922.

Творчество Велимира Хлебникова оказало огромное влияние как на многих крупных поэтов 20 в. — В. Маяковского, О. Мандельштама, М. Цветаеву, Б. Пастернака, Н. Заболоцкого и др., так и на развитие новых — ритмических, словотворческих и пророческих — возможностей поэзии.

Стихи Велимира Хлебникова

Родился в купеческой семье. Отец был крестьянином, но начал продавать дрова и выбился в Санкт-Петербургские купцы. Костя был одним из десяти детей отца. Мальчик начал учиться с шести лет в «первоначальной школе», а впоследствии посещал другие учебные заведения — дешевые частные пансионы Эме и Кестнера, а также городское училище Петербурга, но учебу оставил, не закончив 2-го класса, после того, как отец его разорился и ушел в мистические переживания. В итоге Константин не получил систематического образования. Недостатки образования отчасти восполнялись постоянным чтением журналов и книг, порой беспорядочным, но зато предельно разнообразным. Чтение носило совершенно бессистемный характер, но увлекшись книгами, Фофанов пристрастился к поэзии и в возрасте 13 лет начал писать стихи, чему не находил сочувствия в семье. Впрочем, рифмы он стал подбирать уже с 8-10 лет. Дебютировал в печати в 1881. Публиковал стихи в иллюстрированных еженедельниках и в газете А. С. Суворина «Новое время», отличался высокой плодовитостью. После успеха первого сборника «Стихотворения» (1887) А. С. Суворин издал второй сборник с таким же названием 1889. Затем вышли книги стихотворений «Тени и тайны» (1892), повесть в стихах «Барон Клакс» (1892), «Стихотворения» (в пяти частях, 1896).

Поэзии Фофанова присуще противопоставление низкой действительности и высоких идеалов, декларативность, живописная выразительность, языковые и стилистические небрежности и вольности, воспринимавшиеся как проявления искренности. В поэзии Фофанова усматриваются черты, делающие её переходной от традиционных форм к модернизму. В целом период с середины 1880-х до середины 1890-х в истории русской поэзии нередко называют «фофановским», поскольку поэзия Фофанова оказалась созвучна распространённым настроениям, нашла широкий отклик у читателей и вызвала подражания. О творчестве Фофанова одобрительно отзывались художник И. Е. Репин (автор портрета Фофанова, крёстный отец сына), поэты Я. П. Полонский и А. Н. Майков, писателиЛ. Н. Толстой и Н. С. Лесков.

Считается предшественником символистов.

Фофанов страдал алкоголизмом, в начале 1890-х перенёс тяжёлое психическое заболевание, последние десять лет жизни провёл в нищете и пьянстве. Продолжал много писать, но были изданы лишь сборник «Иллюзии» (1900), поэма в октавах «Необыкновенный роман» и поэма «После Голгофы» (1910).

Стихи Константина Фофанова

Родился в семье сапожника, выходца из крестьян; в раннем детстве остался сиротой, учился в реальном училище, из которого был исключён из-за столкновения с директором. Жил в Москве, Уфе и Одессе; играл на театральной сцене, работал в газетах.

С 1888 занимается исключительно литературной деятельностью, помещая стихи в периодике. Выпустил три книги «Стихотворений» (1894, 1898, 1903), сборник «Сонеты» (1907), отмеченный влиянием Бунина (который положительно отзывался о стихах Фёдорова).

Был также плодовитым прозаиком (романы «Степь сказалась» (1898) — о расхищении башкирских земель, «Природа» (1906), «Его глаза» (1913) — из жизни художников, и др., сборники рассказов «Буруны», «Королева» (оба — 1910), «Бадера» (1913), «Осенняя паутина» (1917) и др.) и драматургом (пьесы «Бурелом» (1901), «Катастрофа» (1899), «Старый дом» (1902), «Обыкновенная женщина» (1904) и др.) Автор огромного количества фельетонов и статей, переводчик стихотворений А. Теннисона, Дж. Кардуччи, А. Негри, драм Э. Ростана «Сирано де Бержерак» и «Принцесса грёз». Для издания Шекспира под редакцией С.А. Венгерова перевел «Троила и Крессиду», поэмы «Венера и Адонис» и «Лукреция» и ряд сонетов. В 1911-1913 в Москве вышло семитомное собрание сочинений Фёдорова.

В Одессе познакомил Валентина Катаева с Буниным.

В 1920 эмигрировал в Болгарию, где преподавал русский язык и литературу в гимназиях. Опубликовал «Антологию болгарской поэзии» (1924). В 1927 г. впервые перевел на русский язык и опубликовал классическое стихотворение Ивана Вазова "Ополченцы на Шипке". Стал одним из учредителей и председателем Союза русских писателей и журналистов в Болгарии (1930). В 1930-х гг. подготовил к печати "Антологию болгарской народной поэзии". В 1942 г. написал поэму "Неопалимая купина", в которой выражал уверенность в победе СССР над нацистской Германией. Скончался и похоронен в Софии.

В Советском Союзе переиздавался только роман Фёдорова «Степь сказалась» (Уфа, 1981). Его поэтическое творчество остаётся прочно забытым.

Стихи Александра Фёдорова

Надежда Александровна Лохвицкая родилась 24 апреля (6 мая) 1872 года в Санкт-Петербурге (по другим сведениям в Волынской губернии) в семье адвоката Александра Владимировича Лохвицкого (1830—1884). Училась в гимназии на Литейном проспекте.

В 1892 году, после рождения первой дочери, поселилась вместе со своим первым мужем Владиславом Бучинским в его имении под Могилёвом. В 1900 году, уже после рождения второй дочери Елены и сына Янека, разошлась с мужем и переехала в Петербург, где начала литературную карьеру.

Публиковалась с 1901 года. В 1910 году в издательстве «Шиповник» вышла первая книга стихотворений «Семь огней» и сборник «Юмористические рассказы».

Была известна сатирическими стихами и фельетонами, входила в состав постоянных сотрудников журнала «Сатирикон». Сатира Тэффи часто носила очень оригинальный характер; так, стихотворение «Из Мицкевича» 1905 года основано на параллели между широко известной балладой Адама Мицкевича «Воевода» и конкретным, произошедшим недавно злободневным событием. Рассказы Тэффи систематически печатали такие авторитетные парижские газеты и журналы как «Грядущая Россия», «Звено», «Русские записки», «Современные записки». Поклонником Тэффи был Николай II, именем Тэффи были названы конфеты. По предложению Ленина рассказы 1920-х годов, где описывались негативные стороны эмигрантского быта, выходили в СССР в виде пиратских сборников до тех пор, пока писательница не выступила с публичным обвинением.

После закрытия в 1918 году газеты «Русское слово», где она работала, Тэффи отправилась в Киев и Одессу с литературными выступлениями. Эта поездка привела её в Новороссийск, откуда летом 1919 года она отправилась в Турцию. Осенью 1919 она была уже в Париже, а в феврале 1920 в парижском литературном журнале появились два её стихотворения, в апреле она организовала литературный салон. В 1922—1923 жила в Германии.

С середины 1920-х жила в фактическом браке с Павлом Андреевичем Тикстоном (ум. 1935).

Умерла 6 октября 1952 года в Париже, спустя два дня её отпели в Александро-Невском соборе в Париже и похоронили на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

Её называли первой русской юмористкой начала XX века, «королевой русского юмора», однако она никогда не была сторонницей чистого юмора, всегда соединяла его с грустью и остроумными наблюдениями над окружающей жизнью. После эмиграции сатира и юмор постепенно перестают доминировать в её творчестве, наблюдения над жизнью приобретают философский характер.

Существует несколько вариантов происхождения псевдонима Тэффи.

Первая версия изложена самой писательницей в рассказе «Псевдоним». Она не хотела подписывать свои тексты мужским именем, как это часто делали современные ей писательницы: «Прятаться за мужской псевдоним не хотелось. Малодушно и трусливо. Лучше выбрать что-нибудь непонятное, ни то ни сё. Но — что? Нужно такое имя, которое принесло бы счастье. Лучше всего имя какого-нибудь дурака — дураки всегда счастливые». Ей «вспомнился <…> один дурак, действительно отменный и вдобавок такой, которому везло, значит, самой судьбой за идеального дурака признанный. Звали его Степан, а домашние называли его Стеффи. Отбросив из деликатности первую букву (чтобы дурак не зазнался)», писательница «решила подписать пьеску свою „Тэффи“». После успешной премьеры этой пьесы в интервью журналисту на вопрос о псевдониме Тэффи ответила, что «это… имя одного дур… то есть такая фамилия». Журналист заметил, что ему «сказали, что это из Киплинга». Тэффи, вспомнившая песенку Киплинга «Taffy was a walshman / Taffy was a thief…» (рус. Тэффи из Уэльса, Тэффи был вором), согласилась с этой версией..

Эту же версию озвучивают исследовательница творчества Тэффи Э. Нитраур, указывая имя знакомого писательницы как Стефан и уточняя название пьесы — «Женский вопрос», и группа авторов под общим руководством А. И. Смирновой, приписывающих имя Степан слуге в доме Лохвицких.

Другой вариант происхождения псевдонима предлагают исследователи творчества Тэффи Е. М. Трубилова и Д. Д. Николаев, по мнению которых псевдоним для Надежды Александровны, которая любила мистификации и шутки, а также являлась автором литературных пародий, фельетонов, стал частью литературной игры, направленной на создание соответствующего образа автора.

Также существует версия, что свой псевдоним Тэффи взяла потому, что под её настоящей фамилией печаталась её сестра — поэтесса Мирра Лохвицкая, которую называли «русской Сафо».

С детства Тэффи увлекалась классической русской литературой. Её кумирами были А. С. Пушкин и Л. Н. Толстой, интересовалась современной литературой и живописью, дружила с художником Александром Бенуа. Также на Тэффи оказали огромное влияние Н. В. Гоголь, Ф. М. Достоевский и её современники Ф. Сологуб и А. Аверченко.

Писать Надежда Лохвицкая начала ещё в детстве, но литературный дебют состоялся почти в тридцатилетнем возрасте. Первая публикация Тэффи состоялась 2 сентября 1901 года вжурнале «Север» — это было стихотворение «Мне снился сон, безумный и прекрасный…».

Сама Тэффи отзывалась о своём дебюте так: «Взяли моё стихотворение и отнесли его в иллюстрированный журнал, не говоря мне об этом ни слова. А потом принесли номер журнала, где стихотворение напечатано, что очень меня рассердило. Я тогда печататься не хотела, потому что одна из моих старших сестер, Мирра Лохвицкая, уже давно и с успехом печатала свои стихи. Мне казалось чем-то смешным, если все мы полезем в литературу. Между прочим, так оно и вышло… Итак — я была недовольна. Но когда мне прислали из редакции гонорар — это произвело на меня самое отрадное впечатление».

В 1905 году её рассказы печатались в приложении к журналу «Нива».

В годы Первой русской революции (1905—1907) Тэффи сочиняет острозлободневные стихи для сатирических журналов (пародии, фельетоны, эпиграммы). В это же время определяется основной жанр всего её творчества — юмористический рассказ. Сначала в газете «Речь», затем в «Биржевых новостях» в каждом воскресном выпуске печатаются литературные фельетоны Тэффи, вскоре принесшие ей всероссийскую любовь.

В дореволюционные годы Тэффи пользовалась большой популярностью. Была постоянной сотрудницей в журналах «Сатирикон» (1908—1913) и «Новый Сатирикон» (1913—1918), которыми руководил её друг А. Аверченко.

Поэтический сборник «Семь огней» был издан в 1910 году. Книга осталась почти незамеченной на фоне оглушительного успеха прозы Тэффи. Всего до эмиграции писательница опубликовала 16 сборников, а за всю жизнь — более 30. Кроме того, Тэффи написала и перевела несколько пьес. Её первая пьеса «Женский вопрос» была поставлена петербургским Малым театром.

Следующим её шагом было создание в 1911 году двухтомника «Юмористические рассказы», где она критикует обывательские предрассудки, а также изображает жизнь петербургского «полусвета» и трудового народа, словом, мелочную повседневную «ерунду». Иногда в поле зрения автора попадают представители трудового народа, с которыми соприкасаются основные герои, это большей частью кухарки, горничные, маляры, представленные тупыми и бессмысленными существами. Повседневность и обыденность подмечены Тэффи зло и метко. Своему двухтомнику она предпослала эпиграф из «Этики» Бенедикта Спинозы, который точно определяет тональность многих её произведений: «Ибо смех есть радость, а посему сам по себе — благо».

В 1912 году писательница создает сборник «И стало так», где описывает не социальный тип мещанина, а показывает обыденность серых будней, в 1913 году — сборник «Карусель»(здесь перед нами образ простого человека, раздавленного жизнью) и «Восемь миниатюр», в 1914 году — «Дым без огня», в 1916 году — «Житьё-бытьё», «Неживой зверь» (где писательница описывает ощущение трагичности и неблагополучия жизни; положительным идеалом для Тэффи здесь являются дети, природа, народ).

События 1917 года находят отражение в очерках и рассказах «Петроградское житие», «Заведующие паникой» (1917), «Торговая Русь», «Рассудок на веревочке», «Уличная эстетика», «В рынке» (1918), фельетонах «Пёсье время», «Немножко о Ленине», «Мы верим», «Дождались», «Дезертиры» (1917), «Семечки» (1918).

В конце 1918 года вместе с А. Аверченко Тэффи уехала в Киев, где должны были состояться их публичные выступления, и после полутора лет скитаний по российскому югу (Одесса,Новороссийск, Екатеринодар) добралась через Константинополь до Парижа. Судя по книге «Воспоминания», Тэффи не собиралась уезжать из России. Решение было принято спонтанно, неожиданно для неё самой: «Увиденная утром струйка крови у ворот комиссариата, медленно ползущая струйка поперек тротуара перерезывает дорогу жизни навсегда. Перешагнуть через неё нельзя. Идти дальше нельзя. Можно повернуться и бежать».

Тэффи вспоминает, что её не оставляла надежда на скорое возвращение в Москву, хотя своё отношение к Октябрьской революции она определила давно: «Конечно, не смерти я боялась. Я боялась разъярённых харь с направленным прямо мне в лицо фонарем, тупой идиотской злобы. Холода, голода, тьмы, стука прикладов о паркет, криков, плача, выстрелов и чужой смерти. Я так устала от всего этого. Я больше этого не хотела. Я больше не могла»

В Берлине и Париже продолжали выходить книги Тэффи, и исключительный успех сопутствовал ей до конца долгой жизни. В эмиграции у неё вышло больше десятка книг прозы и только два стихотворных сборника: «Шамрам» (Берлин, 1923) и «Passiflora» (Берлин, 1923). Подавленность, тоску и растерянность в этих сборниках символизируют образы карлика, горбуна, плачущего лебедя, серебряного корабля смерти, тоскующего журавля.

В эмиграции Тэффи писала рассказы, рисующие дореволюционную Россию, всё ту же мещанскую жизнь, которую она описывала в сборниках, изданных на родине. Меланхолический заголовок «Так жили» объединяет эти рассказы, отражающие крушение надежд эмиграции на возвращение прошлого, полную бесперспективность неприглядной жизни в чужой стране. В первом номере газеты «Последние новости» (27 апреля 1920 года) был напечатан рассказ Тэффи «Ке фер?» (франц. «Что делать?»), и фраза его героя, старого генерала, который, растерянно озираясь на парижской площади, бормочет: «Все это хорошо… но que faire? Фер-то ке?», стала своего рода паролем для оказавшихся в изгнании.

Писательница публиковалась во многих видных периодических изданиях русской эмиграции («Общее дело», «Возрождение», «Руль», «Сегодня», «Звено», «Современные записки», «Жар-Птица»). Тэффи выпустила ряд книг рассказов — «Рысь» (1923), «Книга Июнь» (1931), «О нежности» (1938) — показавших новые грани её таланта, как и пьесы этого периода —«Момент судьбы» 1937, «Ничего подобного» (1939) — и единственный опыт романа — «Авантюрный роман» (1931). Но своей лучшей книгой она считала сборник рассказов«Ведьма». Жанровая принадлежность романа, обозначенная в названии, вызвала сомнения у первых рецензентов: было отмечено несоответствие «души» романа (Б. Зайцев) заглавию. Современные исследователи указывают на сходство с авантюрным, плутовским, куртуазным, детективным романом, а также романом-мифом.

В произведениях Тэффи этого времени заметно усиливаются грустные, даже трагические мотивы. «Боялись смерти большевистской — и умерли смертью здесь. Думаем только о том, что теперь там. Интересуемся только тем, что приходит оттуда», — сказано в одной из её первых парижских миниатюр «Ностальгия» (1920). Оптимистический взгляд на жизнь Тэффи изменит только в глубокой старости. Раньше своим метафизическим возрастом она называла 13 лет, но в одном из последних парижских писем проскользнёт горькое:«Все мои сверстники умирают, а я все чего-то живу…».

Вторая мировая война застала Тэффи в Париже, где она осталась из-за болезни. Она не сотрудничала ни в каких изданиях коллаборационистов, хотя голодала и бедствовала. Время от времени она соглашалась выступить с чтением своих произведений перед эмигрантской публикой, которой с каждым разом становилось всё меньше.

В 1930-е годы Тэффи обращается к мемуарному жанру. Она создаёт автобиографические рассказы «Первое посещение редакции» (1929),«Псевдоним» (1931), «Как я стала писательницей» (1934), «45 лет» (1950), а также художественные очерки — литературные портреты известных людей, с которыми ей довелось встречаться. Среди них Г. Распутин, В. Ленин, А. Керенский, А. Коллонтай, Ф. Сологуб, К. Бальмонт, И. Репин, А. Аверченко, З. Гиппиус, Д. Мережковский, Л. Андреев, А. Ремизов, А. Куприн, И. Бунин, И. Северянин, М. Кузьмин, В. Мейерхольд. Создавая образы известных людей, Тэффи выделяет какую-либо черту или качество, которые кажутся ей наиболее яркими, подчёркивающими индивидуальность человека. Своеобразие литературных портретов обусловлено авторской установкой «рассказать… просто как о живых людях, показать, какими я их видела, когда сплетались наши пути. Они все уже ушли, и ветер заметает снегом и пылью их земные следы. О творчестве каждого из них писали и будут писать ещё и ещё, но просто живыми людьми не многие их покажут. Я хочу рассказать о моих встречах с ними, об их характерах, причудах, дружбе и вражде». Современники восприняли книгу как«едва ли не лучшее из того, что нам до сих пор дала эта талантливая и умная писательница» (И. Голенищев-Кутузов), как «эпилог прошлой и невозвратной жизни» (М. Цетлин).

Тэффи планировала писать о героях Л. Н. Толстого и М. Сервантеса, обойдённых вниманием критики, но этим замыслам не суждено было осуществиться. 30 сентября 1952 года в Париже Тэффи отпраздновала именины, а всего через неделю скончалась.

В СССР Тэффи начали перепечатывать только с 1966 года.

Издания, подготовленные Тэффи

• Семь огней — СПб.: Шиповник, 1910
• Юмористические рассказы. Кн. 1. — Спб.: Шиповник, 1910
• Юмористические рассказы. Кн. 2 (Человекообразные). — СПб.: Шиповник, 1911
• И стало так. — СПб.: Новый сатирикон, 1912
• Карусель. — СПб.: Новый сатирикон, 1913
• Миниатюры и монологи. Т. 1. — СПб.: изд. М. Г. Корнфельда, 1913
• Восемь миниатюр. — Пг.: Новый сатирикон, 1913
• Дым без огня. — СПб.: Новый сатирикон, 1914
• Ничего подобного, Пг.: Новый сатирикон, 1915
• Миниатюры и монологи. Т. 2. — Пг.: Новый сатирикон, 1915
• И стало так. 7-е изд. — Пг.: Новый сатирикон, 1916
• Неживой зверь. — Пг.: Новый сатирикон, 1916
• Вчера. — Пг.: Новый сатирикон, 1918
• Дым без огня. 9-е изд. — Пг.: Новый сатирикон, 1918
• Карусель. 4-е изд. — Пг.: Новый сатирикон, 1918
• Чёрный ирис. — Стокгольм, 1921
• Сокровища земли. — Берлин, 1921
• Тихая заводь. — Париж, 1921
• Так жили. — Париж, 1921
• Рысь. — Париж, 1923
• Passiflora. — Берлин, 1923
• Шамран. Песни Востока. — Берлин, 1923
• Городок. — Париж, 1927
• Книга Июнь. — Париж, 1931
• Авантюрный роман. — Париж, 1931
• Воспоминания. — Париж, 1931
• Ведьма. — Париж, 1936
• О нежности. — Париж, 1938
• Зигзаг. — Париж, 1939
• Все о любви. — Париж, 1946
• Земная радуга. — Нью-Йорк, 1952
• Жизнь и воротник
• Митенька

Пиратские издания

• Взамен политики. Рассказы. — М.—Л.: ЗиФ, 1926
• Вчера. Юмористич. рассказы. — Киев: Космос, 1927
• Танго смерти. — М.: ЗиФ, 1927
• Сладкие воспоминания. -М.-Л.: ЗиФ, 1927

Собрания сочинений

• Собрание сочинений [в 7 тт.]. Сост. и подг. текстов Д. Д. Николаева и Е. М. Трубиловой. — М.: Лаком, 1998—2005.
• Собр. соч.: В 5 т. — М.: Книжный клуб ТЕРРА, 2008

Другое

• Древняя история / Всеобщая история, обработанная «Сатириконом». — 1909
• Древняя история / Всеобщая история, обработанная «Сатириконом». — СПб.: изд. М. Г. Корнфельда, 1912

Стихи Тэффи

родился в семье учителя, в школе учился в Риге, в 1916 закончил юридический факультет Московского университета. В студенческие годы сблизился с московскими эгофутуристами и начал печататься в 1913 в изданиях «Мезонина поэзии», но подготовленную тогда книгу стихов «Железная пауза» издал только в 1919 во Владивостоке, куда уехал, спасаясь от мобилизации.

На Дальнем Востоке во время Гражданской войны вместе с Насеевым и другими поэтами, близкими к футуризму, входит в кружок журнала «Творчество», осознает себя революционным поэтом. В 1922 в Чите выходит второй поэтический сборник — «Ясныш».

В 1921 возвращается в Москву, активно включается в практику экспериментального «коммунистического» искусства, входит в группу ЛЕФ, редактирует последние номера журнала «Новый ЛЕФ». Новые книги стихов выходят в 1924 («Итого») и в 1929 («Речевик»).

В первой половине 20-х работал вместе с С. Эйзенштейном в театре Пролеткульта и с Вс. Мейерхольдом в его театре, получил шумную известность как драматург (пьесы «Рычи, Китай!», «Противогазы» и др.). Затем переключился на прозу — романы и очерки о социалистическом строительстве.

Незаконно репрессирован, посмертно реабилитирован в 1956.

Автор агитационных стихотворений и пьес «Непорочное зачатие» (1923), «Слышишь, Москва?!» (1923), «Противогазы» (1924), «Хочу ребёнка» (1927). Широкую известность имела пьеса «Рычи, Китай!» (1926) о борьбе китайских портовых рабочих против американских колонизаторов. Роман на китайском материале «Дэн Ши-хуа» имеет подзаголовок «био-интервью». Выпустил книги о коллективизации — «Вызов» (1930) и «Тысяча и один трудодень» (1934).

В книге «Люди одного костра» (1936) рассказал о писателях, чьи произведения сжигались национал-социалистами: о Б. Брехте, Ф. Вольфе, Й. Р. Бехере, Т. Пливье, и о композиторе Г. Эйслере. В книге «Страна-перекресток» (1937) описал своё пребывание в Чехословакии в 1935.

В 1923 году написал свой первый сценарий на авиационную тему. Автор сценариев фильмов «Элисо» (1928; режиссёр Н. М. Шенгелая), «Соль Сванетии» (1930; режиссёрМ. К. Калатозов), «Хабарда» (1931; режиссёр М. Э. Чиаурели).

Сочинения[править]

• Железная пауза. Стихи, 1919
• Ясныш. Стихи, 1919
• Слышишь, Москва?!, 1924 (пьеса о Германии)
• Противогазы, 1924
• Чжунго, 1927 (публицистические очерки о Китае)
• Рычи, Китай. 1930
• Вызов, 1930
• Дэн Ши-хуа. Био-интервью. Роман, 1930
• Месяц в деревне, 1931
• Тысяча и один трудодень, 1934
• Люди одного костра. Литературные портреты, 1936
• Страна-перекрёсток, 1937

Стихи Сергея Третьякова

Александр  Тиняков  родился в селе Богородицком Орловской губернии, отец — из богатых крестьян, мать из «городских» (в этом Тиняков видел причину своей раздвоенности, всех жизненных неудач). Учился в гимназии в Орле (учителем словесности был Ф.Д. Крюков, которому приписывается авторство «Тихого Дона»; Крюков пытался наставлять Тинякова в его первых литературных шагах).

Печататься начал с 1903 в «Орловском вестнике», в 1904 несколько его прозаических набросков были приняты в альманах издательства «Гриф», вокруг которого объединились символисты «второго сорта». В то же время «первосортное» символистское издательство «Скорпион» отвергло стихи Тинякова, и он поставил себе жизненной целью добиться признания своего кумира — В. Я. Брюсова; отныне на долгие годы рабская зависимость от «мэтра» определяла не только направление его творчества, но все жизненное поведение.

Позже он писал в автобиографии: «Природа, политика, любовь, алкоголь, разврат, мистика — все это глубоко захватывало меня и неизгладимые следы оставляло в уме и душе». Тиняков доводил до крайнего предела, граничащего с курьезом и пародией, все крайности символизма, и в конце концов стал восприниматься как грубая карикатура на декадента, «обезьяна Брюсова». 

Положение его осложнялось еще тем, что он вошел в литературу слишком поздно, когда интерес к такого рода стихам и поэтам сменился у читающей публики пресыщением и полным равнодушием. Слишком долго затягивая с выпуском книги (по словам В. Ходасевича, Тиняков внимательно выслушивал все мнения о своих стихах, тут же с готовностью их переделывая), он издал первую книгу «Navis nigra» («Черная ладья») на несколько лет позже, чем следовало, — в 1912, и ее встретили вялыми похвалами и столь же вялой критикой.

Это было воспринято дебютантом как катастрофа и крушение всех надежд. Переезд в Петербург, знакомство со столичными литераторами, маска непризнанного гения, которую он носил не снимая, — все это не могло изменить репутации циника и графомана, назойливого и неопрятного искателя славы.

В 1916 пребывание в столице Тинякова закончилось скандалом: выяснилось, что одновременно он сотрудничает в либеральных газетах и пишет антисемитские статьи в черносотенную газету «Земщина». Тиняков был отлучен от всех изданий и покинул Петербург. 

В 1918-1920 он живет в Орле и Казани; в 1921 возвращается в Петербург убежденным коммунистом, атеистом, «победившим люмпеном» и с коммунистическим пафосом — кто был ничем, тот станет всем — пытается взять реванш за былые неудачи и унижения. 

В 1922 и 1924 издает сборники стихов, в Орле и Казани выходят его «теоретические» труды «Пролетарская революция и буржуазная культура» и «Русская литература и революция» (1923), замечательные по своему простодушному цинизму. Но использовать преимущества изменившегося государственного устройства Тинякову не удалось (видимо, на крушение карьеры повлияла не только прошлая репутация, но и алкоголизм), и с 1926 бывший поэт профессионально занимался нищенством, у него было «собственное» место на углу Невского и Литейного проспектов. 

Тиняков запомнился современникам как «человек ограниченного таланта, воспринявший все соблазны и искушения эпохи».

Поэтические сборники:

• «Navis nigra» (Черный корабль) (М., «Гриф», 1912)
• «Треугольник. Вторая книга стихов 1912—1921 гг.» (Пг., 1922)
• «Ego sum qui sum» (Аз есмь сущий): Третья книга стихов, 1921—1922 гг. (Л., 1924, на обл. — 1925)

Книги статей:

• «Пролетарская революция и буржуазная культура» (Казань, 1920)
• «Русская литература и революция» (Орел, 1923)

Стихи Александра Тинякова

Учился в гимназии вместе с Г. Чулковым, а потом сам был гимназическим учителем В. Гофмана и Вл. Ходасевича. Входил в круг второстепенных поэтов-символистов московского издательства «Гриф» и журнала «Перевал».

Первая книга стихов «Opuscula» (в переводе с латыни — «Мелкие сочинения»), вышедшая в 1904, включала в себя усредненно-символистские тексты подражаний «многим понемножку», как выразился в рецензии А. Блок, добавляя: «количество этих стихов ничем не оправдано — все они бледны до того, что нельзя представить, выйдет или не выйдет из автора поэт».

Тем не менее когда через три года появился сборник «О печали светлой», то А. Блок, похвалив удачное заглавие (отсылка к строке Пушкина из стихотворения «На холмах Грузии»), написал о Стражеве: «Маленькая книжка заставляет совсем забыть первые и очень неудачные опыты поэта. Вся книжка свежа и проста».

В. Стражев издал еще два сборника лирики («Путь голубиный», 1908, и итоговое собрание — «Стихи. 1904-1909»)» написал в 1919 г. стихотворный ответ Блоку — «Антискифы» и в литературном процессе советских лет практически не участвовал.

Учительствовал, написал вместе с А. Зерчаниновым и Д. Райхиным лучший школьный учебник по литературе XIX в., который переиздавался с 1940 г. многократно и по нему учились несколько поколений читателей.

Стихи Виктора Стражева

Фёдор Сологуб родился в Санкт-Петербурге в семье портного, бывшего крестьянина Полтавской губернии К. А. Тетерникова. Семья жила бедно. Когда отец Фёдора умер в 1867 году мать нанялась в семью Агаповых, петербургских дворян, у которых она когда-то прежде служила. В семье Агаповых прошлранние годы Фёдора Сологуба. В доме интересовались театром и музыкой, водились книги, и Сологуб рано пристрастился к чтению. Знал наизусть почти всего Н.А. Некрасова и ценил его поэзию гораздо выше Пушкина и Лермонтова. Возможно благодаря этому Сологуб довольно рано ощутил свой поэтический дар.

Учился в приходской школе, Петербургском уездном училище, а в 1878 г. Сологуб поступил в Санкт-Петербургский учительский институт, который окончил через четыре года. В эти годы Сологуб много переводил: Шекспир, Гейне, Гёте; перекладывал стихи венгерских, польских поэтов, исландскую сагу «Эдда». Также пробовал писать прозу: в 1879 году был начат роман-эпопея «Ночные росы» о судьбах трёх поколений, а также теоретическое исследование о форме романа. И хоть столь грандиозный замысел не был завершён, он много дал юному писателю, будучи необходимой литературной практикой. В последний год учёбы была начата поэма «Одиночество», посвященная Н. Некрасову.

По окончании института, защитив с отличием диплом, в июле 1882 года Фёдор Сологуб, уехал учительствовать в северные губернии — сначала в Крестцы, затем в Великие Луки (в 1885 году) и Вытегру (в 1889 году), — в общей сложности проведя десять лет в провинции. Учительствуя Сологуб продолжал писать стихи, начал работу над романом (будущие «Тяжёлые сны»), которая заняла почти десятилетие. Первой публикацией молодого поэта стала басня «Лисица и ёж», напечатанная в журнале «Весна» 28 января 1884 года за подписью «Те-рников»; эта дата стала началом литературной деятельности Фёдора Сологуба. В последующие годы было напечатано ещё несколько стихотворений в мелких газетах и журналах.

В сентябре 1892 года Фёдор Сологуб вернулся в Петербург, где был определён учителем Рождественского городского училища. К этому времени Сологуб уже был знаком с некоторыми людьми нового искусства, прежде всего, с Н. Минским, одним из первых русских декадентов, который в начале года передал его стихи редактору «Северного вестника», А. Л. Волынскому. Именно по настоянию Минского, было решено дать ему псевдоним, изначальный вариант «Соллогуб» был предложен Волынским. В печати псевдоним впервые появился в 1893 году в апрельском номере журнала «Северный вестник» (им подписано стихотворение «Творчество»). В течение полутора лет, он то употреблялся, то нет, пока окончательно не утвердился. Первый опубликованный рассказ Сологуба «Ниночкина ошибка» (1894) был напечатан за подписью «Фёдор Моховиков». Без указания авторства в 1895—1897 гг. в «Северном вестнике» печаталось множество рецензий на книги, в основном, по педагогике.

Со второй половины 90-х расширялись и личные контакты писателя, постепенно входившего в литературные круги Петербурга. Сологуб часто бывал у Мережковских, у которых постоянными гостями были К. Бальмонт, А. Чехов, позже В. Розанов. Посещал «среды» кружка «Мира искусства», «пятницы» К. Случевского, наконец, у самого Сологуба по воскресеньям стали проходить поэтические встречи, на которых бывали первые русские декаденты, Вл. Гиппиус, А. Добролюбов и И. Коневской.

В конце декабря 1895 года выходит первая книга Фёдора Сологуба: «Стихи, книга первая». Большинство стихотворений, помещённых в ней, были написаны в 1892-1895 гг. (самое раннее в 1887), — в годы, когда окончательно определились и укрепились индивидуальный поэтический язык и основные лирические настроения. За ней в 1896 следуют роман «Тяжёлые сны» и «Тени» — объединённый сборник рассказов и второй книги стихов. Все три книги Сологуб издал сам небольшим, впрочем, обычным по тем временам, тиражом; также самому пришлось заниматься их распространением, в чём ему помогала советами Л. Я. Гуревич, издатель «Северного вестника».

В апреле 1897 года между редакцией «Северного вестника» и Сологубом произошёл раскол. Отношения и прежде были нелёгкими, но в последние годы разногласия взглядов редакции и поэта обострились. В декабре 1896 года Волынский написал резкую статью о новом искусстве, в которой клеймил «декадентов» и приветствовал «символистов»; в «декадентах» числился Сологуб. Сологуб стал сотрудничать с журналом «Север». В начале 1899 года Сологуб перевёлся из Рождественского в Андреевское городское училище на Васильевском острове. В нём он стал не только учителем, но и инспектором с полагающейся по статусу казённой квартирой при училище.

В 1904 году вышли Третья и Четвёртая книги стихов, собравшие под одной обложкой стихи рубежа веков. «Собрание стихов 1897—1903» явилось своего рода рубежом между декадентством и последующим символизмом Сологуба, в котором утвердились символы Сологуба-поэта. При этом в декадентстве и символизме Сологуба не было резкого и дисгармоничного нагромождения эстетических парадоксов или нарочитой таинственности, недосказанности. Напротив, Сологуб стремился к предельной ясности и чёткости — как в лирике, так и в прозе.

К середине 1900-х гг. литературный кружок, собиравшийся в доме у писателя по воскресеньям ещё с середине 1890-х гг., стал одним из центров литературной жизни Петербурга. На воскресеньях у Сологуба велись разговоры исключительно литературные, в начале за столом, затем в хозяйском кабинете, где читались стихи, драмы, рассказы. Среди посетителей «воскресений» Сологуба были З. Гиппиус, Д. Мережковский, Н. Минский, А. Волынский, А. Блок, М. Кузмин, В. Иванов, С. Городецкий, А. Ремизов, К. Чуковский, Г. Чулков; из Москвы приезжали Андрей Белый, В. Брюсов.

В 1904 году Фёдор Сологуб заключил с «Новостями и Биржевой газетой» договор на постоянное сотрудничество. Оно продолжалось чуть менее года, в течение которого было опубликовано около семидесяти статей, и ещё десятки остались неопубликованными. Круг тем, которых касался Сологуб в своей публицистике, был сформирован как его служебной деятельностью, так и наиболее насущными вопросами времени: школа, дети, русско-японская война, международное положение, революция, права евреев.

В период Первой русской революции 1905—06 гг. большим успехом пользовались политические сказочки Сологуба, печатавшиеся в революционных журналах. «Сказочки» — это особый жанр у Фёдора Сологуба. Краткие, с незатейливым и остроумным сюжетом, зачастую красивые стихотворения прозе, а иногда и отталкивающие своей душной реальностью, они писались для взрослых, хотя Сологуб обильно использовал детскую лексику и приёмы детского сказа. В 1905 году Сологуб собрал часть опубликованных к тому времени сказочек в «Книгу сказок» (изд-во «Гриф»), а писавшиеся тогда же «политические сказочки» были включены в одноимённую книгу, вышедшею осенью 1906 года. Помимо газетных статей и «сказочек» Сологуб отозвался на революцию пятой книгой стихов «Родине». Она вышла в апреле 1906 года.

В марте 1907 Сологубу удалось опубликовать свой роман «Мелкий бес» (оконченный в 1902 и ранее не полностью печатавшийся в журнале «Вопросы жизни»), книга получила не только справедливое признание читателей и стала объектом разбора критиков, но и просто явилась одной из самых популярных книг России. Сологуб к тому времени оставил публицистику и сказочки, сосредоточившись на драматургии и новом романе — «Творимая легенда» («Навьи чары»). Осенью 1907 года Сологуб занялся подготовкой седьмой книги стихов (то были переводы из Верлена), по выходу которой запланировал издание восьмой книги стихов «Пламенный круг», воплотившей весь математический символизм Сологуба.

В творчестве Сологуба 1907—1912 гг. драматургии отведено было преобладающее место. Его драмы в большей степени чем художественная проза находились под влиянием его философских воззрениий, и первым драматическим опытом стала мистерия «Литургия Мне» (1906). Любовь, объединённая со смертью, творит чудо в ранней пьесе Сологуба «Дар мудрых пчёл» (1906), написанной по мотивам античного мифа о Лаодамии и Протесилае. В трагедии «Победа Смерти» (1907) любовь используется как инструмент «волшебной» воли. В черновом варианте трагедия носила название «Победа Любви», — в изменении полюсов противоположностей Сологуб видел отнюдь не обострение антагонизма, а внутреннюю тождественность, и нередко менялись полюса в его произведениях («Любовь и Смерть — одно», — звучат финальные слова в пьесе). Эта тождественность противоположностей была в полной мере воспроизведена в гротескной пьесе «Ванька-ключник и паж Жеан». Схожим образом для сцены была переработана другая русская народная сказка — «Ночные пляски». Премьера пьесы в постановке Евреинова состоялась 9 марта 1909 года в Литейном театре в Санкт-Петербурге; роли исполнили не профессиональные актёры, а поэты, писатели и художники: С. Городецкий, Л. Бакст, И. Билибин, М. Волошин, Б. Кустодиев, А. Ремизов, Н. Гумилёв, М. Кузмин и др.

В 1908 году Сологуб женился на переводчице Анастасии Чеботаревской. Самое ранее, поверхностное, знакомство их состоялось ещё осенью 1905 года у Вячеслава Иванова. Тогда 28-летняя переводчица переехала в Санкт-Петербург из Москвы, до того проучившись четыре года во французских высших учебных заведениях. Близко восприняв творчество Сологуба, Чеботаревская не ограничилась статьями о писателе, а стала также вникать во все литературные связи мужа, стараясь укрепить их, стала, можно сказать, его литагентом. В 1910 году Сологуб с Чеботаревской переезжают в дом 31 по Разъезжей улице, где стараниями Чеботаревской был устроен настоящий салон, в котором, по выражению К. Эрберга, «собирался почти весь тогдашний театральный, художественный и литературный Петербург». В салоне на Разъезжей устраивались специальные вечера в честь новых интересных поэтов, — были вечера Анны Ахматовой, Сергея Есенина,Игоря Северянина.

Творческое сотрудничество Чеботаревской с Фёдором Сологубом выразилось также в написании нескольких совместных рассказов, статей и пьес, — рассказы «Старый Дом» и «Путь в Дамаск», пьесы «Любовь над безднами», «Мечта-победительница» и «Камень, брошенный в воду». Сологуб и ЧеботаревскаяРассказ «Холодный сочельник» вообще принадлежит перу исключительно одной Чеботаревской, хотя вышел под именем Федора Сологуба. Иногда её собственные статьи в газетах подписывались именем Фёдора Сологуба — так их более охотно публиковали и больше, соответственно, платили.

В начале 1910-х годов Фёдор Сологуб заинтересовался футуризмом. В 1912 году Сологуб, главным образом через Чеботаревскую, сближается с группой петербургских эгофутуристов (Иван Игнатьев, Василиск Гнедови др.). Лирика Сологуба была созвучна идеям эгофутуризма, и Сологуб и Чеботаревская с интересом принимали участие в альманахах эгофутуристических издательств «Очарованный странник» и «Петербургский глашатай».

На фоне повышенного интереса общества к новому искусству и к сочинениям автора «Творимой легенды» в частности, Фёдор Сологуб задумал серию поездок по стране с чтением стихов и лекции о новом искусстве, пропагандировшей принципы символизма. После основательной подготовки и премьеры лекции «Искусство наших дней» 1 марта 1913 года в Санкт-Петербурге, Сологубы вместе Игорем Северяниным выехали в турне. Более месяца продолжалась их поездка по российским городам. Основные тезисы лекции «Искусство наших дней» были составлены Чеботаревской по конспектам и сочинениям Сологуба. При этом были учтены предшествующие работы Д. Мережковского, Н. Минского, В. Иванова, А. Белого, К. Бальмонта и В. Брюсова. Подводя итог, поездки можно в целом назвать удавшимися — Сологуба встретил большой успех во многих городах России, — особенно благодаря учащейся молодёжи. После лекции приходили, забрасывали вопросами, брали автографы.

Первую мировую войну Фёдор Сологуб воспринял как роковое знамение, могущее принести множество поучительных, полезных плодов для российского общества, как средство пробуждения в русском народе сознания нации. Однако к 1917 году Сологуб разуверился в таком мистическом свойстве войны для России. Проследить отношение писателя к войне и различным общественным вопросам можно по статьям, которые Сологуб еженедельно публиковал в «Биржевых ведомостях». Пафос военной публицистики Сологуба лёг в основу лекции «Россия в мечтах и ожиданиях», с которой Сологуб в 1915—1917 гг. объездил всю Российскую Империю. Кроме того, на войну поэт также откликнулся книгой стихов «Война» (1915) и сборником рассказов «Ярый год» (1916), которые получили крайне вялые рецензии в прессе. Стихи и рассказы были призваны поддержать дух и укрепить надежду на победу, однако их содержание вышло искусственным, нередко окрашенным сентиментальностью, столь несвойственной Фёдору Сологубу.

Февральскую революцию Сологуб встретил с воодушевлением. Однако к последовавшим за ней октябрьским событиям и Фёдор Сологуб отнёсся с безоговорочной враждебностью. В выступлениях и публицистике Сологуб не просто противостоял новой власти, но пытался сформировать общественное мнение, могущее повлиять на большевиков в сфере культурной политики. В годы революции в «Московском книгоиздательстве» вышли две новые книги Фёдора Сологуба: «Алый мак» (стихи, 1917) и «Слепая бабочка» (рассказы, 1918).

Неприятие окружающей обстановки побудило Фёдора Сологуба, принципиально бывшего против эмиграции, несколько раз обращаться за разрешением на выезд в период 1919-1921 г.г. Наконец разрешение было получено, и на 25 сентября 1921 запланирован отъезд в Ревель. Однако томительное ожидание надломило психику жены Сологуба. Вечером 23 сентября 1921 года Чеботаревская покончила с жизнью, бросвшись с Тучкова моста в реку Ждановку. Смерть жены стала трагедией для Фёдора Сологуба. К её памяти Сологуб будет постоянно обращаться в творчестве в оставшиеся годы, напишет ряд стихотворений, объединённых памятью к жене, объединив их в цикл «Анастасия». После смерти жены Сологуб передумал уезжать из России.

В середине 1921 года советское правительство издало несколько декретов, ознаменовавших начало эры новой экономической политики, — были разрешены частная торговля и частное предпринимательство. Сразу же ожила издательская и типографская деятельность, восстановились заграничные связи. Тогда же появляются новые книги Фёдора Сологуба. Первой их этих книг Сологуба явился роман «Заклинательница змей», изданный в начале лета 1921 года в Берлине. Роман с перерывами писался в период с 1911 по 1918 годы и стал последним в творчестве писателя.

Первая послереволюционная книга стихов «Небо голубое», куда Сологуб отобрал неопубликованные стихи 1916—21 гг., вышла в сентябре 1921 года в Эстонии, там же вышли эротическая новелла «Царица поцелуев» с иллюстрациями Владимира Григорьева и последний сборник рассказов Сологуба «Сочтённые дни». С конца 1921 года книги Сологуба начинают издаваться и в Советской России: выходят поэтические сборники «Фимиамы» (1921), «Одна любовь» (1921), «Костёр дорожный» (1922), «Соборный благовест» (1922), «Чародейная чаша» (1922), роман «Заклинательница змей» (1921), отдельное иллюстрированное издание новеллы «Царица поцелуев» (1921), переводы (Оноре де Бальзак, Поль Верлен, Генрих фон Клейст).

Весной 1922 года Сологуб обратился к поэзии Поля Верлена, и тогда были сделаны как новые переводы, так и правка прежде опубликованных в книге 1908 года. Некоторые переводы стихотворений Верлена, осуществлённые тогда же, Сологуб поместил в альманахе «Стрелец» (1922), а через год в издательстве «Петроград» вышло второе издание книги переводов. Эту книгу переводов Верлена можно условно назвать последней новой книгой Фёдора Сологуба: все последующие были переизданиями прежних книг.

Последним большим событием в жизни Фёдора Сологуба стало празднование его юбилея — сорокалетие литературной деятельности, — отмеченое 11 февраля 1924 года. Чествование, организованное друзьями писателя, проходило в зале Александринского театра и собрало множество публики. Венки, телеграммы-поздравления пришли от всех культурных организаций СССР. На сцене с речами выступили Е. Замятин, М. Кузмин, Андрей Белый, О. Мандельштам. Среди организаторов торжества — А. Ахматова, А. Волынский, Вс. Рождественский. Это торжество парадоксально оказалось прощанием русской литературы с Фёдором Сологубом никто тогда не предполагал, что после праздника не выйдет ни одной его новой книги.

В середине 20-х гг. Сологуб вернулся к публичным выступлениям с чтением стихов. Как правило, они проходили в форме «вечеров писателей», где наряду с Сологубом выступали А. А. Ахматова, Е. Замятин, А. Н. Толстой, М. Зощенко, Вс. Рождественский, К. Федин, К. Вагинов и др. По свидетельству одного из организаторов имя Сологуба на афише уже заранее обеспечивало успех мероприятия. Только на таких выступлениях и можно было услышать новые стихи Сологуба, так как в печати они не появлялись. Стихи были замечательные. Перестав писать прозу и драмы, Сологуб отдался целиком чистой лирике.

Кроме того, в этот период, Сологуб написал около дюжины антисоветских басен (в начале 1925 и весной 1926 года), которые читались лишь в узком кругу. По свидетельству Р. В. Иванова-Разумника, «Сологуб до конца дней своих люто ненавидел советскую власть, а большевиков не называл иначе, как «туполобые»». В качестве внутренней оппозиции режиму (особенно после того, вопрос с эмиграцией отпал) был отказ от новой орфографии и нового стиля летоисчисления в творчестве и личной переписке.

В мае 1927 года, в разгар работы над романом в стихах «Григорий Казарин», Фёдор Сологуб серьёзно заболел. С лета Фёдор Кузьмич уже почти не вставал с постели. Осенью началось обострение болезни.

Умер Фёдор Сологуб 5 декабря 1927 года. Был похоронен рядом с могилой А. Н. Чеботаревской.

Стихи Федора Сологуба

Поликсена Соловьёва родилась 20 марта 1867 года, когда её отец занимал должность ректора Московского университета. Рано, в пять лет, научившись читать и писать, Поликсена Соловьёва увлеклась поэзией. Одной из первых прочитанных ею книг был сборник стиховА. А. Фета. Кроме того, Соловьёва несколько лет занималась в Школе живописи, ваяния и зодчества у И. М. Прянишникова иВ. Д. Поленова. Позднее она иллюстрировала поэтические сборники и её иллюстрации заслужили высокую оценку Иннокентия Анненскогои Василия Розанова.

Впервые стихи Поликсены Соловьёвой были опубликованы в 1885 году в журнале «Нива» в 1885 году, однако, невысоко оценивая своё поэтическое дарование, она продолжала заниматься живописью, не стремясь публиковать свои стихи.

После переезда в Петербург в 1895 году она вновь начала публиковать стихи в журнале «Русское богатство» и в 1899 году выпустила поэтический сборник «Стихотворения». Несмотря на то, что сама она считала его очень слабым, это дало ей возможность посещать поэтические вечера К. К. Случевского, на которых она познакомилась с К. Бальмонтом, А. Блоком, З. Гиппиус, Вяч. Ивановым, М. Лохвицкой, Д. Мережковским и другими символистами. Благодаря этому следующий сборник стихов Соловьёвой — «Иней» (1905) был символистическим и заслужил положительную оценку А. Блока. Надо сказать, что все «младшие» символисты (Андрей Белый, А.Блок, Вяч. Иванов и др.) видели в Поликсене Соловьёвой не только кровную, но и духовную сестру своего знаменитого брата. Поэтому все рецензии на её сборники были сочувствующими. О технической слабости её стихов не говорили. Исключением была рецензия Валерия Брюсова на сборник «Иней». Впоследствии А. А. Блок в 1912 и 1913 гг. в своих дневниковых записях отрицательно относился к её стихам, а в 1915 году отказался написать статью о её творчестве.

С конца 1905 по 1912 год Соловьёва совместно со своей подругой, детской писательницей Натальей Ивановной Манасеиной, издавала детский журнал «Тропинка», в котором увидели свет многие стихи, рассказы и пьесы Соловьёвой. Издательство «Тропинка» выпустило более 20 детских книг Соловьёвой. Деятельным сотрудником журнала, в качестве бесплатного корректора, была мать А.Блока А. А. Кублицкая-Пиоттух.

В 1908 году Поликсене Соловьёвой была присуждена золотая Пушкинская медаль.

Послереволюционные годы Соловьёва провела в Коктебеле, где она работала библиотекарем при санатории, читала лекции в Народном университете и занималась переводами. Иногда Соловьёвой удавалось печататься в симферопольских и феодосийских газетах и альманахах.

В декабре 1923 году ей и Н. И. Манасеиной удалось вернуться в Москву, где П. С. Соловьёва и скончалась 16 августа 1924 года.

Стихи

• «Стихотворения» (1899)
• «Иней» (1905)
• «Плакун-трава» (1909)
• «Тайная правда» (1912)
• «Перекрёсток» (1913)
• «Вечер» (1914)
• «Последние стихи» (1924)

Стихи Поликсены Соловьевой

Внук и полный тёзка историка С. М. Соловьёва, племянник философа и поэта Владимира Соловьёва, троюродный брат Александра Блока, друг Андрея Белого.

Окончил Поливановскую гимназию и классическое отделение историко-филологического факультета Московского университета с дипломом I-й степени (1911). В юности дружил с Блоком и Андреем Белым, Блоку подражал в первых стихотворных опытах. В 1907 была издана первая книга стихов Соловьёва, озаглавленная «Цветы и ладан».

В октябре 1915 года Соловьёв был принят в Московскую духовную академию (окончил в июле 1918), в ноябре был рукоположен в диаконы, а 2 февраля 1916 — в сан священника.

В 1920 Соловьёв вошёл в общину русских католиков восточного обряда, в ноябре 1923 возглавил общину московских католиков восточного обряда, через три года был назначен вице-экзархом.

С 1924 служил в римско-католическом храме Непорочного Зачатия на Малой Грузинской улице. Занимался переводами, преподаванием.

В ночь с 15 на 16 февраля 1931 был арестован по делу о «московской католической общине». В ходе следствия психически заболел.

Умер в госпитале для душевнобольных в эвакуации, в Казани. Его похоронами занимались учёные-физики В. Гинзбург и Е. Л. Фейнберг.

Стихи Сергея Соловьева

Сельвинский родился 11 (24) октября 1899 г. в Симферополе в крымчакской семье. Дед его, Элья (Элиогу) Шелевинский, был кантонистом Фанагорийского полка. Отец, Лейба Эльшаелович (Лев Ильич) Селевинский, участвовал в Русско-турецкой войне 1877 года, затем торговал мехами и пушниной. Мать — Надежда Пиастро. Как писал сам Сельвинский в автобиографии (1967 г.), его отец «был меховщиком, а затем, разорившись, превратился в скорняка».

Будущий литератор учился в Евпаторийском начальном училище, а с 1915 по 1919 г. — в гимназии. С 1915 г. начал публиковать свои произведения (в частности, в газете «Евпаторийские новости»).

В годы революции принимал участие в революционном движении, во время гражданской войны воевал в составе Красной армии. Сменил множество профессий (был грузчиком, натурщиком, репортером, цирковым борцом и т. п.).

В 1923 г. Сельвинский окончил факультет общественных наук 1-го Московского государственного университета. Фактический лидер группы конструктивистов. В 1926 выпустил первый сборник стихов. В конце 20-х писал экспериментальные эпические поэмы, в начале 30-х авангардистские стихотворные драмы.

В 1927—1930 гг. вёл острую полемику с В. В. Маяковским. В 1930 г. выступил с покаянными заявлениями. Тогда же, как следует из его автобиографии, он пошел «работать сварщиком на электрозавод».

В 1933—1934 гг. корреспондентом «Правды» был в экспедиции, возглавляемой Отто Шмидтом на пароходе «Челюскин», прошел с чукчами на собаках по льдам Ледовитого океана и тундре до мыса Дежнёва.

С 1937 пишет исторические драмы в стихах. Член ВКП(б) с 1941 г. С 1941 по 1945 был на фронте в рядах Красной Армии, сначала в званиибатальонного комиссара, затем подполковника. Получил две контузии и одно тяжелое ранение под Батайском.

В 1950-х сделал новые редакции произведений 1920-х гг.

Сельвинский умер 22 марта 1968 в Москве. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Лирика

• «Гимназическая муза». Цикл стихов
• 1926 — «Рекорды». Поэтический сборник
• 1930 — «Декларация прав поэта»
• 1931 — «Электрозаводская газета» (стихи)
• «Тихоокеанские стихи»
• «Зарубежное»
• Военные стихи (в том числе «Родина», «Кто мы?», «Я это видел!», «О ленинизме», «Аджи-Мушкай»; «Фашизм» (1941))
• 1947 — «Крым, Кавказ, Кубань». Сборник.

Поэмы и романы в стихах

• 1920 — «Юность». Корона сонетов (поэма).
• 1923—1924, опубликована 1927 — Улялаевщина. Поэма, переработана в 1956
• 1927 — «Записки поэта». Поэма (стихотворная повесть, включает сборник стихов «Шелковая луна»)
• 1927—1928, опубликован 1929 — «Пушторг». Роман в стихах
• 1937—1938 — «Челюскиниана» поэма
• 1956 — вторая редакция «Улялаевщины»
• 1960 — «Арктика» роман
• «Три богатыря» (свод русских былин).

Пьесы

• 1928 — «Командарм 2». Трагедия (в стихах)
• 1932 — «Пао-Пао». Драма
• 1933 — «Умка — Белый Медведь». Пьеса
• 1937 — «Рыцарь Иоанн». Трагедия (в стихах).
• 1941 — «Бабек» (Орла на плече носящий). Трагедия (в стихах).
• «Россия». Драматическая трилогия:
  1. 1941—1944 — «Ливонская война» (в стихах).
  2. 1949 — «От Полтавы до Гангута».
  3. 1957 — «Большой Кирилл».
• 1943 — «Генерал Брусилов»,
• 1947 — «Читая Фауста». Трагедия
• 1962 — «Человек выше своей судьбы». Пьеса о Ленине
• 1968 — «Царевна-Лебедь». Лирическая трагедия
• «Тушинский лагерь»

Проза

• 1928 — «Кодекс конструктивиста»
• 1959 — «Черты моей жизни» Автобиографическая рукопись
• 1962 — «Студия стиха». Работы по теории стиха
• опубликовано в 1966 — «О, юность моя!» Роман (автобиографический).

Стихи Ильи Сельвинского

Родился в Петербурге в семье военного инженера Василия Петровича Лотарёва. По материнской линии являлся троюродным братом русской революционерки и советского государственного деятеляА. М. Коллонтай (урождённая Домонтович), а также приходился дальним родственником историку Н. М. Карамзину, поэту А. А. Фету. Первые 9 лет провёл в Петербурге. После разрыва родителей жил у тётки и дяди в их имении Владимировке в Новгородской губернии (ныне Вологодская область, под Череповцом, в этом имении сейчас находится музей Игоря Северянина). Закончив четыре класса Череповецкого реального училища, в 1904 году уехал с отцом на Дальний Восток. Затем вернулся назад в Петербург, к матери.

Первые публикации появились в 1904 году (за свой счёт), в дальнейшем на протяжении девяти лет Северянин издавал тонкие брошюры со стихами, приносившие долгое время лишь скандальную известность (например, растиражированный возмущённый отзыв Льва Толстого на одно из его стихотворений в начале 1910 года). Из поэтов старшего поколения поначалу обратил внимание на молодого Северянина лишь Константин Фофанов (впоследствии его и Мирру Лохвицкую Северянин объявил учителями и предтечами эгофутуризма).

Успех пришёл к поэту после выхода сборника «Громокипящий кубок» (1913, предисловие к которому было написано Ф. Сологубом). В течение 1913—1914 гг. Северянин выступал со многими вечерами («поэзоконцертами») в Москве и Петербурге, встречая огромную популярность у публики и сочувственные отзывы критиков разной ориентации, в том числе критиков, скептически относившихся к футуризму. Для его лирики характерна смелая для тогдашнего вкуса (до грани пародийности) эстетизация образов салона, современного города («аэропланы», «шоффэры») и игра в романтический индивидуализм и «эгоизм», условные романтически-сказочные образы. Стих Северянина музыкален (во многом он продолжает традиции Бальмонта), поэт часто использует длинные строки, твёрдые формы (некоторые изобретены им самим),аллитерацию, диссонансные рифмы.

Северянин был основателем литературного движения эгофутуризма (начало 1912), однако, поссорившись с претендовавшим на главенство в движении Константином Олимповым(сыном Фофанова), осенью 1912 года покинул «академию Эго-поэзии» (о выходе из движения объявил знаменитой «поэзой», начинающейся словами «Я, гений Игорь-Северянин…»). Впоследствии ездил в турне по России в 1914 г. с кубофутуристами (Маяковским, Кручёных, Хлебниковым).

Вышедшие после «Громокипящего кубка» сборники 1914—1915 гг. («Victoria regia», «Златолира», «Ананасы в шампанском») воспринимались критикой более прохладно, чем «Кубок»: Северянин включал в них в большом количестве ранние, незрелые «поэзы», а новые тексты из этих книг во многом эксплуатировали образность «Кубка», не добавляя ничего нового. В 1915—1917 гг. Северянин поддерживал (совместные выступления, турне, сборники) ряд молодых авторов, большинство из которых никакого следа в литературе не оставили; самым заметным учеником Северянина этого периода был Георгий Шенгели, который сохранил признательность учителю и после смерти Северянина посвятил его памяти несколько стихотворений. Поэтика Северянина этого периода оказала также определённое влияние на раннее творчество таких известных поэтов, как Георгий Иванов, Вадим Шершеневич, Рюрик Ивнев, впоследствии примкнувших к другим направлениям.

27 февраля 1918 года в Большой аудитории московского Политехнического музея прошел «поэзовечер», на котором состоялось «Избрание Короля поэтов». Венком и мантией «Короля поэтов» публика увенчала Игоря Северянина. Вторым был Владимир Маяковский, третьим — Василий Каменский.

Из тридцати восьми лет литературной деятельности Северянин почти двадцать четыре года прожил в Эстонии, где ещё до революции купил дачу в местечке Тойла и куда переехал в 1918 г. В 1921 г женился на эстонке Фелиссе Круут (единственный его зарегистрированный брак). Ездил в дальнейшем с выступлениями во Францию и в Югославию.

Поздняя лирика Северянина во многом отходит от его стиля 1910-х годов. Самые заметные его произведения этого периода — несколько получивших большую известность стихотворений («Соловьи монастырского сада», «Классические розы»), автобиографические романы в стихах «Колокола собора чувств», «Роса оранжевого часа», «Падучая стремнина» и сборник сонетов «Медальоны» (портреты писателей, художников, композиторов, как классиков, так и современников Северянина).

Переводил стихотворения А. Мицкевича, П. Верлена, Ш. Бодлера, эстонских и югославских поэтов.

Ни один другой русский поэт не отразил столь широко в своих стихах природу и жизнь Эстонии, как Игорь Северянин. Он же стал крупнейшим переводчиком эстонской поэзии на русский язык. Среди эстонских поэтов, чьи произведения Северянин перевёл на русский язык, — Хенрик Виснапуу, Мария Ундер, Алексис Раннит, Фридрих Рейнхольд Крейцвальд, Фридрих Кульбарс, Лидия Койдула, Юхан Лийв, Густав Суйтс,Фридеберт Туглас, Иоганнес Барбарус и Иоганнес Семпер.

После присоединения Эстонии к Советскому Союзу в 1940 году возобновил творческую активность, пытаясь публиковаться в советской печати.

Тяжело преживал преследования со стороны эстонских националистов и Гестапо.Умер в оккупированном немцами Таллине от сердечного приступа, в присутствии Валерии, младшей сестры своей гражданской жены Веры Борисовны Коренди (девичья фамилия — Запольская, Коренди — эстонизированная фамилия её первого мужа Коренова).

Похоронен на Александро-Невском кладбище в Таллине.

Произведения

• «Зарницы мысли» (1908)
• «А сад весной благоухает!..» (с откликом И. А. Гриневской). СПБ., типография И. Флейтмана, Спб., Казанская, 45 (1909).
• «Интуитивные краски» (1910)
• «Весенний день» (1911)
• «Качалка грёзэрки» (1912)
• «Громокипящий кубок» (1913)
• «С крестом сирени» (1913)
• «Златолира» (1914)
• «Ананасы в шампанском. Поэзы» (М.: Изд-во Наши дни, 1915. — 125 с.)
• «Victoria regia» (1915)
• «Поэзоантракт» (1915)
• «Собрание поэз» (1916) (том 1, издание В. В. Пашуканиса, Москва, 1918)
• «За струнной изгородью лиры» (1918)
• «Поэзо-концерт» (1918)
• «Собрание поэз» (1918)
• «Creme de Violettes» (1919)
• «Puhajogi» (1919)
• «Вервэна» (1920)
• «Менестрель» (1921)
• «Миррэлия» (1922)
• Роман в стихах «Падучая стремнина» (1922)
• Комедия «Плимутрок» (1922)
• «Фея Eiole» (1922)
• «Соловей. Поэзы» (Берлин / Москва: Издание акц. о-ва Накануне, 1923. — 204 с.)
• «Трагедия титана» (1923)
• Автобиографический роман в стихах «Колокола собора чувств» (1925)
• «Роса оранжевого часа» (1925)
• Роман в стихах «Рояль Леандра» (1925)
• Классические розы. Белград, 1931.
• «Адриатика» (1932)
• «Медальоны» Белград, 1934.
• Рукописный поэтический сборник «Литавры солнца» (1934, не был издан)

Стихи Игоря Северянина

Потомственный дворянин во втором поколении (отец родом из духовного сословия, выслужил дворянство), родился 10/22 февраля 1881 года в г. Ардатове Нижегородской губернии в семье инспектора Удельной конторы. Отец Садовского был заметным общественным деятелем Нижнего Новгорода. В 1902 году Борис Александрович поступил на историко-филологический факультет Московского университета.

Литературный дебют выразился в публикации стихотворения «Иоанн Грозный» (1901) в нижегородской газете «Волгарь».

В 1904 году он по приглашению В.Брюсова писал критические заметки в журнале «Весы». Позднее сотрудничал с журналами «Русская мысль», «Северные записки».

В 1909 году вышел первый стихотворный сборник Садовского «Позднее утро», тогда же поэт берет себе литературное имя, изменив окончание своей фамилии на «ой» (в соответствии с имиджем Садовского, «реакционера» и монархиста, это придавало его священнической по происхождению фамилии дворянский колорит). Садовской входил в круг символистов, был связан дружбой с многими из них (Блоком, Белым, Брюсовым, Соловьевым).

К 1918 году опубликовал шесть поэтических книг (последняя, «Обитель смерти», в 1917) и несколько прозаических сборников новелл. Несмотря на личные связи с поэтами русского символизма и сотрудничество в ведущих символистских журналах (в качестве не только автора, но и критика «Весов», саркастически выступавшего против оппонентов движения), в своём творчестве Садовской ориентировался в основном на поэзию XIX века, прежде всего Афанасия Фета, поклонником и биографом которого был (даже названия большинства его книг взяты из стихов Фета). Уже в книге стихов «Самовар» поэт принципиально декларировал свою приверженность патриархальности. За поэтизацию русской жизни XVIII—XIX веков его называли «романтическим консерватором». Проза Садовского (сборники «Узор чугунный» и др.) стоит в ряду модных в Серебряном веке «стилизаций» под документы прошлого: выдержанное по языку повествование ведётся от лица рассказчиков XVIII и XIX века, среди персонажей — русские писатели и государственные деятели, излюбленное место действия — Петербург пушкинской эпохи. Так, в основу «Двух глав из неизданных записок» легли реальные факты биографии поэтаБаратынского, в основе «Петербургской ворожеи» — эпизод из жизни Пушкина. Иные рассказы и новеллы Садовского носят отпечаток пародии, мистической фантастики в духе Э.-Т.-А.Гофмана и Э.По. «Ильин день» — стилизация гоголевской фантастики; «Двойник» в сатирическом духе описывает путешествия в прошлое и будущее.

Характерной особенностью личности и творческого образа Садовского является акцентированный эстетический монархизм, правые политические взгляды и романтизация дворянства; такой образ был осознанно эпатирующим (см. воспоминания В. Ф. Ходасевича — друга Садовского). К 1910-м годам отношения Садовского с мэтрами символизма (прежде всего сБрюсовым) испортились, и он занял отчётливую позицию «вне групп». Сборник литературно-критических статей Садовского «Русская Камена» всецело посвящен поэтам XIX века.

Страдавший сухоткой спинного мозга вследствие перенесённого в 1903 г. сифилиса и интенсивного лечения препаратами ртути, Садовской с 1916 г. был парализован и лишился способности ходить. В начале 1920-х годов поселился с женой, в почти полной изоляции от общественной и литературной жизни (в 1925 за границей распространились даже слухи о его смерти, и Ходасевич опубликовал некролог Садовскому), в квартире, расположенной в одной из келий Новодевичьего монастыря. Там он продолжал писать не предназначенные для печати стихи и прозу (при жизни издан лишь историко-фантастический роман из эпохи Петра I «Приключения Карла Вебера», 1928 — последняя книга Садовского; полностью опубликован лишь в 1990 году как «Карл Вебер»), проникнутые усиливающимися правыми настроениями (для позднего Садовского и Пушкин — «дерзкий» оппонент Николая I, воплощение дьявола, которого не зря воспевают большевики) и не чуждые художественных экспериментов. Для официальной же советской печати Садовской, воспользовшись своим талантом стилизатора, создал ряд удачных мистификаций. Так, одно сочинённое им ещё в 1913 году пародийное стихотворение он попеременно выдавал за текст то Блока, то Есенина (и оно входило в собрания сочинений обоих поэтов), публиковал мистифицированные воспоминания о Брюсове, выдумал дружбу своего отца с отцом Ленина И. Н. Ульяновым и др. Общался с Корнеем Чуковским, приехавшей в 1939 году в Москву Мариной Цветаевой, часть архива которой сохранил. В 1941 г. Садовской вступил в тайную монархическую организацию «Престол», члены которой готовились к приходу немцев в Москву. Организация эта была создана НКВД, использовавшим её в масштабной разведывательной и контрразведывательной операции «Монастырь». Не знавший о фиктивности «Престола» Садовской тем не менее избежал наказания и умер 5 марта 1952 года.

В январе 1941 г., отвечая на поздравление К. Чуковского с 40-летием литдеятельности, Садовской писал ему: «Мы не виделись 25 лет. Это теперь такой же примерно срок, как от Рюрика до 1914 года. Я всё это время провёл наедине с собой, не покидая кресла, и приобрёл зато такие внутренние сокровища, о каких и мечтать не смел. Былые мои интересы (вы мне о них напомнили в письме) перед нынешними то же, что грошина перед солнцем: форма одна, но в содержании и размере есть разница».

В 1990-е гг. возрождается интерес к творчеству Садовского. В 1990 году вышел однотомник «Лебединые клики», в который вошли лучшие из прозаических вещей писателя. Вслед за ним появляются публикации в журналах и альманахах. В 2001 году в рамках проекта Новая библиотека поэта в «Малой серии» вышел сборник произведений Садовского. Книга включает в себя семь поэтических сборников, вышедших при его жизни. Печатаются также стихотворения и переводы Садовского более позднего периода (1922—1945). С февраля по апрель 2006 года в отделе редких книг и рукописей областной библиотеки Нижнего Новгорода прошла выставка «Борис Садовской — поэт из Серебряного века». В 2010 году вышел сборник произведений Садовского под названием «Морозные узоры. Стихотворения и письма». В него вошли более 400 стихотворений, в том числе не издававшиеся ранее и собранные публикатором из частных архивов и дореволюционной периодики, а также переписка с О. Г. Шереметевой.

Стихи Бориса Садовского

Родился 1 (13) марта 1883 года.

Судьба А.С. Рославлева сложилась несчастливо. Из четвертого класса Коломенской гимназии его исключили за "неспособность". В том же году отравился его отец, и сошла с ума мать. Семьи не стало. Воспитывала и кормила улица. Подросток устроился работать писцом в Коломенскую земскую управу. А через год перебирается в Москву. Там ведет жизнь босяка, ночует в ночлежных домах, торгует спичками и "счастьем", на московских базарах. И уже в это время пишет стихи. Пробует свои силы и в прозе - написал "Записки полицейского пристава" и другие произведения.   

Трудно, даже мучительно искал Рославлев свое место в литературе и в жизни. Александр Степанович начал печататься в журналах, в том числе в "Сатириконе". Печатали его охотно: свет увидели четырнадцать поэтических сборников и сотни отдельных публикаций.   

Рославлев стал приметен в литературном мире. Он близко знал Леонида Андреева, Бунина, Сергеева-Ценского. Встречался с Чеховым и Горьким. Алексей Максимович вывел Рославлева в романе "Жизнь Клима Самгина" под именем "толстого поэта" и даже процитировал строки из малоизвестного рославлевского стихотворения.   

Незадолго до начала нового, 1908 года, А.С. Рославлев договорился с редакцией журнала "Пробуждение" о том, что пришлет новогодние стихи. И в No 1 за 1908 год в журнале была опубликована "Новогодняя песня" А.С. Рославлева, которая стала со временем основой (долго считавшейся русской народной) песни "Над полями, да над чистыми". (Совсем недавно выяснилось, что музыку этой песни написала в 1928 г. школьница из города Пугачева Елизавета Горина.)   

Александр Рославлев автор скандально-известной эпиграммы на конный памятник грузному Александру III в Санкт-Петербурге   

Рославлев всем сердцем принял социалистическую революцию. В 1919 году он вступил в партию большевиков. В качестве редактора газеты "Красное Черноморье" (а это было на юге) поэт попал в руки отряда "зеленых" и чудом остался жив. После этого организовал Новороссийский театр политической сатиры.   

По доброй воле Рославлев оказывался в самых опасных районах боевых действий и потом ярко и взволнованно рассказывал об увиденном в газетных очерках. 

 В 1920 году A.C. Рославлев неожиданно заболел тифом в Екатеринодаре (сейчас Краснодар) и 10 ноября скончался.

Стихи Александра Рославцева

Родилась в Петербурге, окончила гимназию и курсы сестер милосердия. Работала наборщицей в типографии, корректором в газете «Новое время». Печаталась с 1894, первый сборник «Стихотворения» вышел в 1902. 

Вторая книга, «Новые стихотворения» (1908), обратила на себя большее внимание и была удостоена Пушкинской премии Академии наук. С тех пор книги Веры Рудич (она называла их единообразно) выходили регулярно; критика отмечала свободное владение словом и требовательный вкус писательницы. 

Последний «Пятый сборник стихов» был издан в 1914 с предисловием и портретом. Написанные в традиционной манере стихи Веры Рудич пользовались успехом у читателей, в особенности у просвещенных читательниц. Основная тема ее стихов (для т.н. «женской» лирики это почти неизбежно) — тема любви, но Вера Рудич трактует любовную страсть своеобразно — как Божье наказание, страдание, из-за которого женщина теряет душевное спокойствие, свободу и волю. 

Путь преодоления рабской зависимости от страстей она нашла позже: в автобиографической повести «Ступени», принесшей ей большую известность, Вера Рудич рассказала, как с возрастом у женщины меняется система жизненных ценностей, и любовь уже не воспринимается как единственное содержание жизни.

Эта же тема — тема просветленной и спокойной старости как избавления от ненужных переживаний, обретения долгожданной свободы (т.е. независимости от диктата плоти) варьируется и в некоторых стихотворениях Веры Рудич («О вы, чье сердце старости боится...»). 

В. Рудич была частой посетительницей литературного кружка «Пятницы Случевского»; увлекалась теософией. После революции отошла от литературных занятий и поселилась в родовой усадьбе на Волыни.

Стихи Веры Рудич

Родился в Нижнем Новгороде в очень богатой купеческой семье. Воспитывался в Нижегородском дворянском институте, но из-за болезни (туберкулёз) неоднократно прерывал учебу для лечения в санаториях. Неблагоприятное отношение к купеческим детям в Дворянском институте вынудило его перейти в реальное училище. В школьные годы увлекался живописью — брал уроки у А. О. Карелина. После семилетних занятий художеством увлекся историей, получил специальность археолога в петербургском Археологическом институте. Попутешествовав по России и за границей, начал писать стихи. Под влиянием А. М. Пешкова и В. Г. Короленко обратился к прозе. За роман «Проклятый род» был проклят отцом и «прозябал без гроша» в столице.

С 1896 года начал печататься в нижегородских и самарских газетах. Первая книга стихов и прозы вышла в 1901 году. Переехав в Петербург, сотрудничал в «Биржевых ведомостях», журналах «Заветы», «Весы», «Золотое руно» и других. Восторженно встретил революцию 1905 года риторическими стихами «Кто за нас — иди за нами!» и самоотверженной работой в организацииэсеров.

Следуя чьему-то совету, что водка помогает при туберкулёзе, Рукавишников пристрастился к выпивке. Борис Садовский писал: «Мой земляк И. С. Рукавишников, напиваясь, мотал головой, мычал и сердито швырял посуду. Узкая рыжая борода его купалась в бокале. Трезвый зато бывал очень мил».

Был дважды женат, второй раз на Нине Зусман. Красота и покровительство ей со стороны высоких лиц позволило Рукавишникову не погибнуть и занять неплохое общественное положение после Октябрьской революции. Он занимался организационно-педагогической деятельностью в области литературы: в 1919 году организовал в Москве «Дворец Искусств», а после его закрытия с 1921 года был профессором Московского высшего литературно-художественного института имени В. Я. Брюсова, где читал курс стиховедения.

В своих «Записках уцелевшего» князь С. М. Голицын вспоминает: «Иван Сергеевич Рукавишников читал у нас стихосложение. <…> Стихи он писал с вывертами. Будучи напечатанными, строки располагались в виде геометрической фигуры — треугольника, звезды, трапеции, еще как-то. С вида он был похож на мушкетера, хотя без шпаги, ходил в плаще, в широкополой шляпе, только без пера, в сапогах с широкими отворотами и носил длинные рыжеватые кудри и длинные, как два горизонтальных прутика, усы и длинную, узкую бородку в стиле Людовика XIII».

Умер в Москве, согласно некрологу в Институте социальных заболеваний «от туберкулеза горла». Похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище.

Первые стихи Рукавишникова опубликованы в «Нижегородском листке» в 1896 году; в 1901 году вышла его первая повесть «Семя, поклеванное птицами».

Творчество Рукавишникова развивалось под знаком символизма. Его ранняя поэзия полна неясных мистических предчувствий; далекий от политических интересов, Рукавишников проповедует в своих стихах культ чистой красоты и неземной любви.

В 1914 году вышел сборник Рукавишникова «Близкое и далекое». Герои рассказов «Я, ты, он», «Ненависть» и других, вошедших в первую часть сборника («Близкое»), — опустошенные, не удовлетворенные жизнью люди. Мечущиеся и не находящие применения своим силам, они часто становятся на путь преступлений. Фантастико-мистические писания из библейских, древнеиндийских или древнеарабских времен составили второй раздел сборника («Далекое»). Рассказы Рукавишникова написаны ритмической, орнаментальной прозой.

Наибольшей известностью пользовался роман Рукавишникова «Проклятый род» (1912). В центре романа — история трех поколений купеческой семьи. Ценность романа — в ярких бытовых характеристиках купеческой среды: основателя фирмы «железного старика», героя эпохи начального накопления, и целой галереи его вырождающихся потомков-стяжателей и расточителей. В своих обличениях различных душевных уродств, порождаемых властью золота в буржуазном обществе, Рукавишников поднимается лишь до художника-декадента Виктора, разрывающего связи с миром «стяжателей» во имя погружения в мир «чистого искусства», в мир болезненных творческих исканий. Роман автобиографичен; прототипом «железного старика» послужил дед  Рукавишникова.

Ему принадлежит также историко-бытовой роман «Аркадьевка» (1914).

Рукавишников известен как «мастер триолета».

Он использовал также формы русской народной песни в своих сказах «Степан Разин» (1925) и «Пугачевщина».

Был ревностным переводчиком украинской поэзии: в 1909 году издал сборник переводов «Молодая Украина», представляющий антологию оной, демонстрирующий знание и любовь к предмету (входит в шестой том Собрания сочинений).

В Литературной энциклопедии 1925 года ему принадлежат статьи о твердых формах. — № 44, 186.

Произведения

• Семя, поклеванное птицами (повесть, 1896)
• Стихотворения (сборник, 1902—1919)
• Diarum (сборник стихов, 1910)
• Проклятый род (роман, 1912)
• Аркадьевна (роман, 1914)
• Близкое и далекое (рассказы, 1914)
• Трагические сказки (сборник пьес, 1915)
• Сто лепестков цветка любви. Песни женской души (сборник стихов, 1916)
• Триолеты любви и вечности (сборник стихов, 1917)
• Триолеты. Вторая книга (сборник стихов, 1922)
• Сказ скомороший про Степана Разина (поэма, 1925)

Издания

• Diarium — СПб., 1910.
• Собрание сочинений. — Т. 1-20. — СПб.; М., 1901—1925.
• Сто лепестков цветка любви. Песни женской души. — М., 1916.
• Триолеты любви и вечности. — М., 1917.

Стихи Ивана Руковишникова