Кирпичный пятиэтажный дом на улице Фридриха Энгельса, 13, восстановленный после войны, станет объектом культурного наследия регионального значения. Также планируется установить охранные границы территории, на которой расположено здание, и направить в Министерство культуры заявление о внесении нового памятника в реестр.

Кстати, в 2008 году в воронежском парке «Орлёнок» поставили памятник Осипу Мандельштаму, он стал третьим в стране после Владивостока и Санкт-Петербурга.

В начале этого года в честь Мандельштама собирались назвать улицу в Воронеже. Однако жители отказались - ведь из-за нового адреса им пришлось бы менять документы. Улицы Мандельштама сегодня обозначены на картах в поселках под Тамбовом и в Ленинградской области. Впрочем, никаких строений и жилых домов на них нет вообще, как и памятных табличек. В этом году по просьбе 17-летнего жителя Владивостока имя Мандельштама присвоили улице в новом микрорайоне в поселке Трудовое. Однако согласно Яндекс-карте домов на этой улице пока не появилось.

- Мне всегда было обидно, что в Варшаве есть улица в честь Мандельштама, а в России нет, - рассказал "РГ" житель села Пушкино Юрий Балановский. - Когда я переехал из города в Омский район и начал строить свой дом на улице Крайней, то часто вспоминал его знаменитое стихотворение:

• Это какая улица?
• Улица Мандельштама.
• Что за фамилия чертова -
• Как ее ни вывертывай,
• Криво звучит, а не прямо.
• Мало в нем было линейного,
• Нрава он был не лилейного,
• И потому эта улица,
• Или, верней, эта яма
• Так и зовется по имени
• Этого Мандельштама…

Предприниматель Балановский признается, что его всегда удручала безликость сельской топонимики.

- Практически в каждой деревне одни и те же улицы - Ленина, Советская и Центральная, - рассказывает Юрий Самсонович. - Да что говорить, даже в Омске 36 Северных улиц и почти столько же Амурских. Никакой фантазии.

Однажды Балановский ехал по делам в город. На обочине голосовала женщина. Решил ее подвезти. Разговорились. Оказалось, попутчица - заведующая сельским клубом, в котором до сих пор регулярно проходят поэтические вечера. С зажженными свечами, романсами под гитару и открытым микрофоном - каждый желающий может прочитать публике свои стихи. Предприниматель поделился с заведующей клубом своей мечтой. А она его поддержала и помогла оформить нужные документы.

На улице Мандельштама в поселке Пушкино пока всего лишь три дома. Но согласно плану застройки, в ближайшем будущем на ней будут сданы в эксплуатацию еще как минимум десять жилых домов.

- Наше село находится рядом с городом, активно развивается, - рассказала "РГ" заместитель главы сельского поселения Наталья Вязникова. - Желающих переехать из Омска в Пушкино много. Думаю, что в следующем году у нас появится сразу несколько новых улиц.

На собрании жители Пушкино предложили давать им имена в честь поэтов Серебряного века. А сдачу в эксплуатацию непременно отмечать творческим вечером. Проголосовали единогласно.

Фильм выложен в Сеть в свободный доступ.

Искал Ахматову в оврагах

«Чердынский период» в биографии поэта – это всего две недели, в течение которых на самом деле он не написал ни строки. Однако здесь литератор побывал на грани жизни и смерти и – испытал перерождение.

На север Уральской области Осип Эмильевич в сопровождении жены прибыл в ссылку. На Лубянке его допрашивали по поводу печально известной антисталинской эпиграммы, давили, добиваясь подробностей оглашения, и передавили. На Западный Урал литератор прибыл в состоянии психоза, мучимый галлюцинациями, к тому времени уже покусившийся однажды на самоубийство – в камере.

Среди ночи Мандельштам будил спутницу и сообщал, будто Ахматова арестована и ее сейчас ведут на допрос. «Почему ты так думаешь?» – спрашивала Надежда Яковлевна. «Мне так кажется», – был ответ. Ходя по маленькому городу, он в оврагах искал тело Анны Андреевны...

Здесь в одну из первых ночей Осип Эмильевич предпринял вторую попытку «сбежать» – расстаться с жизнью: то ли выпрыгнул, то ли выбросился из окна чердынской больницы.

Но с падением из окна наваждения не прекратились. Писатель уверил сам себя, что его ссылка на самом деле – предлог для расправы, которую только намечено осуществить подальше от столиц. Он сам назначал приход неведомых палачей на определенный час и в ожидании их метался и забивался в угол.

И вот в такой обстановке Надежда Мандельштам стала получать помощь от разных людей.

«Жить, дыша и большевея…»

Кастелянша больницы, видя страдания супруги поэта, посоветовала незаметно перевести стрелки часов вперед. И это сработало.

Кладовщица дала еще ряд полезных советов. В своих «Воспоминаниях» Надежда Яковлевна нежно называет эту женщину, такую же ссыльную, своей чердынской сестрой, только вот как ее звали, забыла… Авторы фильма призывают не судить ее за это строго – вдова поэта несколько десятилетий хранила в собственной памяти его стихи, каждый день повторяя их наизусть...

Другой спасительной мерой оказался отказ врача – заведующей больницей – отправлять административно высланного в руки психиатров в Пермь. Тюремный невроз, мол, проходит, а в психиатрической его «загубят», объяснила та приезжей.

И эта женщина на страницах мандельштамовских воспоминаний осталась безымянной. Но совет ее был добрым. В конце июня уже в Воронеже Осипа Эмильевича осмотрел другой врач и никакого травматического психоза не обнаружил.

Находясь на Западном Урале, поэт не взял пера в руки. Впечатления от Чердыни и Прикамья догонят его позднее, уже в Центральной России, отразившись в десятке стихотворений.

• Проклятый шов, нелепая затея
• Нас разлучили. А теперь, пойми,
• Я должен жить, дыша и большевея,
• И, перед смертью хорошея,
• Еще побыть и поиграть с людьми!
• Подумаешь, как в Чердыни-голубе,
• Где пахнет Обью и Тобол в раструбе,
• В семивершковой я метался кутерьме.
• Клевещущих козлов не досмотрел я драки,
• Как петушок в прозрачной летней тьме,
• Харчи, да харк, да что-нибудь, да враки, –
• Стук дятла сбросил с плеч. Прыжок. И я в уме.
• Из «Стансов» (1935)

Любопытно, что в конце мая 1935 года Осип Эмильевич всерьез заявил жене, что хотел бы вернуться в первое место ссылки: мол, неплохо бы организовать командировку от Союза писателей или от издательства по уже знакомому маршруту. «Напишу замечательную книгу», – говорил он.

Городок на севере Уральской области стал для поэта местом не гибели, а исцеления. А что еще помогло поэту и чему он обязан несколькими годами жизни, получить представление о том может каждый пользователь сам.

Примечательно, что это второй документальный фильм, рассказывающий о кратковременном, но этапном пребывании классика отечественной литературы на пермской земле: в 2015 году на экраны вышла посвященная той же теме картина Бориса Караджева «Тринадцать ночей».

Среди жемчужин только что завершившихся торгов крупнейшего в России аукционного дома — вторая книга стихов Марины Цветаевой «Волшебный фонарь» с автографом, оставленным за пять месяцев до самоубийства (продана за 3,2 млн рублей), беловая рукопись «Одесских рассказов» Исаака Бабеля (6 млн рублей), уникальное издание «Темных аллей» с ремарками Ивана Бунина на полях (продано за 5,5 млн рублей), «Радуница» 1916 года издания с обширной дарственной надписью Сергея Есенина: «Другу Натану Венгрову на добрую память от ипостаси сохи-дерехи…» (продана за 5
млн).

«Такого уровня торги случаются примерно раз в три–четыре года, когда на рынок попадает крупная частная коллекция, — сообщил «Известиям» генеральный директор Аукционного дома «Литфонд» Сергей Бурмистров, — это событие для аукционного рынка России, да и на Западе похожие торги происходят нечасто. Основная часть представленных лотов происходят из собрания, которое формировалось в течение последних 20–25 лет».

Из редкостей — первая книга стихов Осипа Мандельштама «Камень» с благими пожеланиями писателю Павлу Лукницкому от 25 января 1928 года (продан за 9,5 млн рублей). Известно, что за два дня до этого Лукницкий записал в дневнике: «Были Мандельштамы — великолепные, толстые, здоровые. О. М. шутил, говорил пустяки, был весел».

Одним из самых необычных лотов стал собственноручно скроенный и сшитый Эдуардом Лимоновым пиджак, состоящий из 114 лоскутов разноцветных тканей начала 1970-х годов из собрания Вагрича Бахчаняна (США) — он ушел за 1 млн 700 тыс. рублей.

«Она непрофессиональный художник, она может позволить себе рисовать иногда утрированно, специально по-детски, не увлекаясь анатомией, правильной перспективой... Это не просто попытка уйти в сказку, это такая более глубокая философия», — рассказывает он.

Что вернее отразило ее личность: собственная живопись или слова влюбленных в нее поэтов? Вопрос этот мучил Ольгу Гильдебрандт не меньше, чем нынешних исследователей ее творчества. Слегка удивленный взгляд на себя, словно со стороны, присутствует и в дневниках, и в воспоминаниях художницы. Но первая особенность ее искусства – в полном отсутствии даже намека на подражание.

Ольга Гильдебрандт воспитывалась в театральной семье, училась в Школе русской драмы, выступала в труппе Александринского театра. Как актриса она известности не добилась, хотя, впрочем, к ней и не стремилась. Гильдебрандт пробовала себя в поэзии, а в начале 20-х годов начала рисовать под влиянием Юрия Юркуна, писателя, драматурга, художника и возлюбленного. На выставке «Психея Северной Пальмиры», которая продлится до 5 февраля 2023 года в «Галеев-Галерее», кроме ста работ художницы, представлена и графика Юркуна.

«Их привлекала друг в друге непосредственность восприятия окружающей действительности, легкость, попытка изобразить все легко, образно, радостно, как будто бы счастье никуда не уходило, никуда не испарялось. Оно присутствует в их сознании. Я думаю, что это была реакция на жестокое окружение», — отметил галерист и искусствовед Ильдар Галеев.

Гильдебрандт и Юркун были вместе до его ареста в феврале 1938 года. А осенью он был расстрелян. Сорок два года в день его рождения она продолжала дарить свои акварельные картинки – складывала в шкатулку. После войны Гильдебрандт работала лаборантом кафедры биохимии, библиотекарем «Ленфильма». И продолжала писать акварели.